Разговор с мамой

Тенистая веранда защищала нас от палящего солнца. Соломенные кресла, холодный квас, тоненький сквознячок… Все располагало к задушевному разговору.
Мало неожиданного может сказать своей немолодой дочери мама, но тут я ахнула.
— Церковь — выше закона! — сказала мама. — Эти наглые девицы должны быть наказаны!
— Хорошо, — ответила я. — Возьмем за гипотезу: Церковь выше закона. Значит Церковь сама должна проводить расследование?
— Что тут расследовать? — решительно продолжала мама. — Их все видели.
— Но они были в масках, — возразила я. — Сначала, как минимум, необходимо доказать, что это были именно они. Но допустим, доказали. Дальше. У Церкви должна быть своя исполнительная власть?
— Должна, — уже не так уверенно ответила мама.
— Итак, у Церкви должна быть своя исполнительная власть. А именно — палач. Он возьмет в руки розги и выпорет этих девиц на Лобном месте. Как это все вместе называется?
— Да, — призналась моя интеллигентная мама, — ты меня размазала. Это называется «инквизиция». Хорошо, это не наш метод. Тогда пусть примут закон, согласно которому за оскорбление чувств верующих будет предусмотрена уголовная ответственность. Пусть наказывает государство!
— Согласились, — ответила я. — Но чтобы дать справедливую оценку правонарушению, судья должен обладать богословским образованием — он должен понимать, какие именно чувства оскорблены, в какой степени, вообще что такое православие. А как называется судья-богослов? Куда мы опять возвращаемся?
Мама вздыхает. Но я неумолима.
— Двигаемся дальше. А почему только православие? У нас в стране приблизительно тридцать процентов мусульман. А еще есть католики, буддисты и даже огнепоклонники. У всех есть свои права и свои чувства. Итак, для православных мы вводим Священную Инквизицию (католики, думаю, поддержат), мусульманам — шариат. Как быть с шаманизмом — спросим у Нарусовой, она большой специалист по Туве. (А атеист, между тем, как ходил, так и ходит в наш самый гуманный суд.)
Катимся дальше. Как отличить одного от другого? Достаточно будет личного заявления, что ты православный, или нужно будет предъявлять справку о регулярном посещении церковной службы, чтобы тебя определили под юрисдикцию горячо любимой Инквизиции?
Уместно вспомнить, что эта тема широко обсуждалась в Англии XV-XVI веков: какому суду подлежит проштрафившийся причетник — церковному или королевскому? Закончились баталии тем, что король Генрих VIII победил таки Католическую церковь и создал церковь Англиканскую, главой которой является сам король. Сегодня ныне царствующая королева Елизавета II является главой Англиканской церкви.
Кстати, Англиканская церковь догматически ближе к православию, чем к католицизму.
Может, и нам последовать их примеру и создать церковь, во главе которой будет стоять президент? Все проблемы решатся.
Короче, где оказались мы? Будто машиной времени, мы перенесены в Средневековье.
Впрочем, необязательно. К какому веку, например, следует отнести дискуссию на тему «При каких обстоятельствах можно бить женщину?»? Или «Бить — или не бить?»?
Не к рыцарским временам — точно. К XXI – ни в коем случае. К XX — можно. Там били всех, не взирая на чины, сословия и гендерные различия…
Густо посеяли — теперь пожинаем.

Правмир, 7.07.2012

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

banner