Меркурий выпуск №8

МЕРКУРИЙ

№8

периодическое издание

Совета Культурно-демократического движения

«Эпицентр»

декабрь 1987

©

СОДЕРЖАНИЕ

I.    
1. Литвинова Г.И. К вопросу о национальной политике. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 1
2. Рамм В.Г. Есть ли у перестройки национальные аспекты. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 8
II ЗДОРОВЬЕ ГОРОДА – В РУКИ ГОРОЖАН  
1. Кожевников П. От Невы до Красного Бора. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 13
2. Мамедова Е.С. Открытое письмо. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 17
3. Гущин В. При свете зеленых свечей. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 24
4. Качаева М. Все труднее дышать. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 27
III УЧЕНЫЕ БРАТКИ  
1. Филиппов П. Цена и стоимость. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 32
2. Волков М. Кому собака Павлова виляет хвостом? . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 35
IV ПРИСОЕДИНИМ СВОЙ ГОЛОС!  
1. Архиепископ Астраханский и Енотаевский Феодосий. Открытое письмо. . . . . . . . . . . . . . . . 38
V ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОЙ ЖИЗНИ  
1. Иосиф Бродский. Нобелевская лекция. Публикация редакции. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 42
VI ПОИМЕННО  
1. Памяти Пастернака. Публикация редакции. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 53
VII МОСКВА, КАК МНОГО…  
1. Брагинская И. О Московских временных правилах. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 56
2. Временные правила организации и проведения собраний, митингов. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 63
VIII ПОДРОБНОСТИ ПИСЬМОМ  
1. Крылов Г. Писатели афиш. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 67
IX МНЕНИЕ  
1. Игнатьев Р. И сказал он, что это хорошо. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 68
X ВАЖНЫЕ СООБЩЕНИЯ  
1. Ленинградские художники в Штатах. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 70
2. Кооперативное издательство в Таллинне. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 70
3. Объявляется подписка. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 71

К ВОПРОСУ О НАЦИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКЕ

Перспективы развития Союза ССР как единого многонационального государства требуют строжайшего соблюдения конституционного принципа равенства наций и устранения помех на пути интернационализции государства и общества. Льготы и преимущества, предоставленные ранее отсталым народам для обеспечения опережающих темпов их развития, позволили в невиданно короткие исторические сроки решить важнейшую задачу в области национальных отношений – задачу фактического равенства наций. С ее решением, в основном к концу 30-х годов, надобность в льготах отпала. Их дальнейшее сохранение стало угрожать созданием нового фактического неравенства: ранее отсталые народы стали перегонять народы, оказывающие им помощь. По итогам переписи населения 1979 г. среди наций, отличающихся низкими (ниже общесоюзных) показателями обеспеченности занятого населения специалистами высшей категории оказались русские, белорусы и народы Прибалтики, имевшие до революции самые высокие показатели грамотности. А среди народов, имеющих наивысшие показатели, – народы Закавказья и Средней Азии, отличавшиеся до революции крайне низкими показателями грамотности (см. «Население СССР», М.,1983, с.117). Самыми низкими эти показатели оказались в экономически районах, расположенных на территории РСФСР: Западно-Сибирском, Восточно-Сибирском, Уральском, Волго-Вятском, Центрально-Черноземном, Поволжском. Эти районы высокой промышленной и топливно-энергетической значимости ныне обеспечены специалистами высшей квалификации в 3 раза ниже, чем Грузинская ССР. Вызывает сомнение и национальная направленность подготовки научных кадров. В 1973 г. среди научных работников СССР самую низкую квалификацию имели русские и белорусы. У них был самый низкий процент лиц, имеющих ученую степень (см. Пучков И.С., Попов Г.А. «Социально-демографическая характеристика научных кадров» М., 1976, с.73). Тем не менее на 100 научных работников было аспирантов: русских-9,7 человека; белорусов – 13,4, туркмен – 26,2; киргизов – 23,8. Эта тенденция сохраняется, усиливая новое фактическое неравенство наций.

Вымиравшие до революции казахи, киргизы, туркмены и другие народы азиатской части страны ныне отличаются самыми высокими в мире естественным приростом населения, тогда как русские и украинцы, имевшие до революции самый высокий естественный прирост населения, сейчас оказались перед угрозой депопуляции (вымирания).

Во всех союзных республиках, исключая РСФСР, удельный вес коренной нации в составе студентов, аспирантов, научных и руково-

2

дящих работников, высших органов власти и управления выше, чем в составе населения, в то время как в составе промышленного рабочего класса он, как правило, ниже. Перепись населения 1979 г. зафиксировала удивительный феномен: процент лиц с высшим образованием у таджиков, проживающих на территории своей республики, в два раза выше, чем у таджиков, проживающих в соседней Узбекской ССР, хотя там они также являются коренным населением, но как бы «второсортным» коренным населением для Узбекистана. В аналогичном положении оказались и некоторые другие нации.

Перепись населения 1979 г., как и перепись 1970 г., показала рост удельного веса коренной нации в большинстве республик. Это объясняется не только более высоким уровнем рождаемости, но и характером миграции, усиливающимся стремлением нации жить на территории «своей» республики, так как здесь ее предоставляются льготы. Так, в Грузии и Азербайджане сократилась даже абсолютная численность армян, русских, украинцев, усиливается национальная замкнутость, национальное сцепление.

В 50-е годы доходы колхозников Узбекской ССР1 были в 9 раз выше, чем в РСФСР, а стоимость валового сбора продуктов растениеводства за 1 трудодень по закупочным ценам в Нечерноземной зоне оценивалась в 10 раз ниже, чем в Узбекской ССР, и в 15 раз ниже, чем в Грузии (см. Волков И.М. «Колхозное крестьянство СССР и первые послевоенные годы» – «Вопросы истории»,1970. №6, с.13–16). Образовавшаяся в итоге региональная (республиканская) дифференциация в условиях и оплате труда сельского населения явилась основной причиной избыточных миграционных потоков, особенно молодежи, из сел европейской части СССР и низкой миграционной подвижностью населения сел Средней Азии.

В 80-е годы на каждые 100 человек, вступающих в пенсионный возраст, в РСФСР будет приходиться только 82 чел., вступающих в трудоспособный, а в Таджикской ССР – 322 (см. «Итоги Всесоюзной переписи населения», М.1970, т.2, с.16–17, 241–244).

Однако трудно рассчитывать, что это трудоизбыточное население уйдет из родных мест в другие районы с менее благоприятным климатом, где стоимость жизни выше (дополнительные расходы на одежду, топливо, и проч.), работать надо больше, а оплата труда – ниже.

3

Различия в миграционной подвижности вызвали различия в возрастной структуре сельского населения, что в свою очередь привело к различиям в уровне рождаемости и естественного прироста населения. До 1940 г. эти различия были незначительны. В 1960 г. самый низкий естественный прирост населения (в Эстонии) отличался от самого высокого в Таджикистане в 6 раз; в 1975 г. этот разрыв увеличился до 15, а в 1981 г. – до 22 раз; естественный прирост населения Латвии в 22 раза меньше, чем в Таджикистане (см. Народное хозяйство СССР в 1970 г. М., 1971, с.50–51; Народное хозяйство СССР в 1975 г. М., 1976, с. 42–43; Население СССР. М.. 1983, с. 190).

Наблюдается ускоряющимся рост удельного веса населения республик Средней Азии, Казахстана и Закавказья в составе населения СССР и падение удельного веса населения славянских и прибалтийских республик. В большинстве областей Нечерноземной зоны РСФСР сокращается абсолютная численность населения. Еще 3–4 десятилетия назад население всех республик Средней Азии вместе взятых было в четыре раза меньше, чем Украинской ССР. Сегодня это соотношение сохранилось лишь среди лиц пенсионного возраста, тогда как младшие поколения (дети и подростки) сравнялись по своей численности. (Это значит, что в ближайшие полтора–два десятилетия численность населения республик Средней Азии сравняется, а затем станет быстро опережать население Украины, т.к. новорожденных у них уже больше.) Население республик Средней Азии, недавно уступавшее по численности РСФСР более, чем в 10 раз, сегодня сохраняет этот разрыв только среди пенсионеров, тогда как численность детей и подростков различается всего лишь в 2,8 раза. И все эти огромные изменения произошли при жизни одного поколения.

Целесообразно рассмотреть возможности корреляции всей политики Советского государства с учетом Тенденций развития социально-демографических процессов. При этом следует учитывать:

  1. Рост удельного веса населения республик, находящихся на дотации из общесоюзного бюджета либо дающих наименьший процент отчислений в общесоюзный бюджет, с одной стороны, и падение удельного веса населения республик, формирующих основную часть общесоюзного бюджета, – с другой (см. «Законы о бюджетах за 1924–1984 гг.») способен усилить бюджетную принадлежность в СССР.
  2. Рост удельного веса населения республик, потребляющих продукты питания, производящих их в меньшем объеме, чем удельный вес их сельского населения, и падение удельного веса, а такие абсолютной численности сельского населения республик, производящих основную массу продуктов питания, способен усилить дефицит продовольст-

4

вия, осложнить осуществление продовольственной программы.

  1. Рост удельного веса республик с преимущественно сельскохозяйственным населением и сокращение удельного веса населений республик, за счет которых формируется промышленный рабочий класс, может осложнить социально-экономическое развитие СССР.
  2. Падение удельного веса наций, обладающих наибольшим опытом работы в сложившихся отраслях экономики и науки, и рост удельного веса наций, в наименьшей степени обладающих таковым опытом, способен затормозить научно-технический прогресс.
  3. Падение удельного веса наций, отличающихся наибольшим военно-историческим опытом, может осложнить решение военно-стратегических задач. Перепись населения 1979 г. подтверждает прогнозы американских ученых, что с 2000 года Советская Армия станет преимущественно мусульманской (американцы рассчитывали по религиям, а не по нациям).

Сохранение до сего времени опережающих темпов социально-экономического развития нерусских народов по сравнению с русским привело к отставанию важных характеристик его социально-экономического, демографического и культурно-политического развития от большинства других народов, которым он помогал и продолжает оказывать помощь. Так, по переписи населения 1970 г., обеспеченность занятого русского населения специалистами с высшим образованием как в городе, так и в селе оказалась в два–три раза ниже, чем у народов Средней Азии, Казахстана, Закавказья. Практически русские оказались по этому показателю на последнем месте из числа наций, имеющих союзные республики. Тем не менее крупнейшие вузы РСФСР по-прежнему отдают до 25% своих мест для внеконкурсного зачисления представителей ранее отсталых, а ныне передовых народов, усугубляя этим новое фактическое неравенство.

Законы о бюджетах по-прежнему создают наиболее льготный бюджетный режим для республик Закавказья, Казахстана, Средней Азии. Помимо высокого (до 100) процента отчисления в бюджеты этих республик от налога с оборота – основного источника бюджетных поступлений, – эти республики, как правило, получают в свой бюджет все 100% подоходного налога с населения, тогда как РСФСР никогда не получала более 50%, не говоря уже о том, что эта республика никогда не пользовалась дотациями из общесоюзного бюджета, играя решающую роль в его формировании.

Хотя в РСФСР самая высокая нагрузка посевных площадей на 1 занятого колхозника и самое большое количество отработанных в году человеко-дней, доходы колхозников здесь сравнительно низкие, почти в 2 раза ниже, чем в Таджикской СССР, где земельная нагрузка почти в

5

восемь раз ниже, чем в РСФСР (см. «Народное хозяйство СССР в 1982 году» М., 1983). Низкие доходы сельского населения РСФСР, особенно Нечерноземья, – следствие низкой рентабельности ее колхозов к совхозов. Отрицательная совокупная рентабельность сельского хозяйства РСФСР объясняется, прежде всего, политикой закупочных и розничных цен. Через эту политику осуществляется основное перераспределение национального дохода, создаваемого в республике, регионе. Закупочные цены на одну из основных производимых в РСФСР сельскохозяйственных культур – картофель не восполняют даже затрат на его производство. В хозяйствах Нечерноземья себестоимость центнера картофеля составляет 9 руб. 61 коп., а сдают его государству по 6 руб. 6 коп. (с учетом скидок на крахмал, нестандартность и проч.). Таким образом, чем больше хозяйство произведет картофеля, тем выше убытки. Убыточно также производство льна и другой продукции, производимой на территории РСФСР. Вместе с тем, цены на хлопок, рис, чай, цитрусовые ж другие производимые в южных республиках культуры дают возможность их производителям получать достаточно высокие доходы. Достаточно такого сравнения. Производство картофеля и цитрусовых требует почти одинаковых затрат труда, поэтому и цены на них во всем мире почти одинаковы, либо различаются в два–три раза, и только в СССР это различие 20–5-кратное: картофель стоит в 20 раз (по сравнению с апельсинами) или 35 (по сравнению с лимонами) раз дешевле, чем цитрусовые. Налоговая политика по-прежнему остается наименее благоприятной для РСФСР.

Несмотря на то что РСФСР производит более половины мясомолочной продукции, население ее областей обеспечено этой продукцией наименее плохо, давно и постоянно испытывает дефицит оной, тогда как другие республики находятся в лучшем положении.

Плохая обеспеченность русских областей продуктами питания вынуждает их население ездить за продуктами в соседние области Украины, Белоруссии, Прибалтики, где снабжение лучше. Эти наезды вызывают у местного населения антирусские настроения.

РСФСР отличается наихудшим развитием инфраструктуры. Здесь выше, чем в других республиках, процент семей, не имеющих отдельных квартир, живущих в общежитиях. Между тем, жилищная обеспеченность РСФСР должна быть не хуже, а лучше, чем в других регионах уже в силу того, что более трети ее территории расположено в суровых климатических условиях. Россия плохо обеспечена дорогами. По протяженности дорог с твердым покрытием на квадратный километр тер-

6

ритории она занимает среди республик последнее место, незначительно опережая лишь Туркмению, 85% территории которой – пустыня (см. «Народное хозяйство СССР в 1982», с.17, 311)!

У русского народа существенно ограничены возможности реализации политических прав по сравнению с нерусскими народами. Так, составляя в 1980 году более половины взрослого населения страны и более 60% промышленного рабочего класса, русские составили всего лишь 26% среди депутатов Верховных Советов союзных республик, 35% – среди депутатов Верховных Советов автономных республик и 45% – среди депутатов местных Советов (см. «Итоги выборов в Советы»).

Таким образом, русские представлены в высших органах власти в два раза ниже, чем в промышленном рабочем классе, что противоречит положению о ведущей роли промышленного рабочего класса.

Не лучше обстоит дело с национальной историей, наукой и культурой. РСФСР – единственная из республик, не имеющая своей Академии Наук. Демографическая ситуация Средней Азии, где проживает около 10% населения СССР, изучается в четырех республиканских Академиях, тогда как ситуация в вымирающей Нечерноземной зоне РСФСР, объединяющей четверть населения СССР, – ни в одном академическом институте. Институты Академии Наук СССР, естественно, республиканской и региональной тематикой не занимаются. РСФСР ныне единственная из республик (включая автономные), не имеющая своей опубликованной истории.

Военные подвиги каждого из 12 Героев Советского Союза – киргизов отражены в республиканской научной и художественной литературе, воспеты в музыкальных произведениях, кино, живописи. Ведь маленькая Киргизия имеет Академию Наук с ее гуманитарными институтами, включая Институт истории, и киностудию, и союзы писателей, композиторов, художников и проч. А вот о подвигах 260 Героев СССР, уроженцев Смоленской области, и всех 8000 русских Героев СССР известно гораздо меньше. Наши далекие потомки, если они вздумают изучать историю II Мировой войны только по нашим республиканским изданиям, будут удивляться: почему не воевали с фашизмом многочисленные в ту пору русские, тем более, что война шла на их территории. А если воевали, то почему не оставили в научной литературе никаких следов. Среди десятков томов научных исторических книг, в. т.ч. и сборников документов, посвященных роли того или иного народа в разгроме немецко-фашистских войск, нет ни одной, посвященной роли русского народа. В любой республике, исключая РСФСР, в школах дети учат историю СССР и историю своего родного края, республики.

7

Это воспитывает любовь к родному краю, к своему народу, к своей партии. В русских школах учат только историю СССР.

По переписи населения 1979 года по числу лиц с высшим образованием на душу занятого населения русские оказались среди народов РСФСР на 16 месте у горожан и на 19 месте у сельских жителей, уступая в полтора–два раза даже бесписьменным в недавнем времени народам – бурятам, якутам, чукчам.

Искусственно заторможенные темпы социально-экономического и культурно-политического развития русского народа привели к тревожным демографическим результатам: у русских произошло самое резкое падение рождаемости (при оценке уровня рождаемости у русского населения следует делать поправку на его механический прирост за счет ассимиляции. До 98% детей, рожденных в смешанных с русскими браках, особенно в русско-татарских и русско-еврейских семьях, называют себя русскими. Этот механический прирост существенно улучшает демографические характеристики русских и ухудшает их у евреев, татар и других народов, имеющих отрицательное ассимиляционное сальдо). Нация оказалась перед угрозой депопуляции. Уровень рождаемости у русских уже давно не обеспечивает простого воспроизводства населения. Все большее количество семей ограничивается одним ребенком. Демографическая деградация русского народа выражается в том, что продолжительность жизни мужчин в русских селах многих областей (Архангельской, Калининской, Новгородской, Псковской и др.) упала до 54–57 лет и составляет на 5–7 лет ниже, чем целом по сельской местности СССР в целом. Пагубное влияние на здоровье русской нации оказывает тот факт, что русские женщины составляют большинство лиц, занятых на физических, неквалифицированных, вредных для женского здоровья работах, а это негативно влияет на здоровье их детей. Малочисленность детей в русских селах приводит к закрытию школ, либо к малочисленности учеников – 10–15 учеников на школу. В таких школах 1–2 учителя ведут все предметы. Оканчивающие такие школы ученики оказываются в худших стартовых условиях, что тормозит возможности их дальнейшего социального продвижения по сравнению с детьми других республик.

Экономическая, социально-демографическая и национальная политика Советского государства должна строго подчиняться конституционному принципу равенства наций, равенства не только их прав, но и возможности реализации этих прав для представителя любой, в том числе и русской, нации во всех сферах материальной и духовной жизни общества.

8

По каждому из изложенных здесь положений может быть представлена развернутая аргументация и фактический материал.

Доктор юридических наук

Литвинова Г.И.

ЕСТЬ У ПЕРЕСТРОЙКИ НАЦИОНАЛЬНЫЙ АСПЕКТ?

Имеет ли перестройка нашего хозяйственного механизма, отказ от прямого директирования, оптовая торговля, выход на рынок… и борьба за этот рынок, повышение качества и ориентация на потребителя отношение к национальным проблемам, шовинизму, национализму, к укреплению межнациональных, интернациональных и прочих связей? И наоборот, национальные преимущества и привилегии, ограничения и нормы, замечательный 5-ый пункт, что разрешает, допускает, запрещает, помогает, мешает, определяет судьбу друзей и врагов… Это все имеет какое-либо отношение к… ну, скажем, к ускорению социально-экономического развития, а заодно и к социальной справедливости? Или, если «5» пункт не имеет, то может, отмена его будет иметь отношение?

Давайте разберемся… На уикэнд мы едем на туристическом автобусе в Эстонию. В Нарве, в Раквере, в Таллинне в субботу в 14 всё промтоварное закрывается, а в воскресенье не открывается вовсе. А то, знаете, приезжают из Ленинграда на своих машинах, на автобусах туристических… ну, буквально, как саранча… все расхватывают! Не напасешься на них. Приходится убирать, припрятывать, а то и магазины закрывать! Ничего?!

Да помилуйте! Что за чушь? Почему в итальянском Триесте на магазинах надписи по-югославски сделаны? Да для того, чтобы те, кто на выходные приезжает к ним из соседней социалистической республики Словении или из Хорватии, не теряли времени на поиски нужного магазина, могли бы быстрее потратить свои… нет, не динары, а доллары свободно конвертируемые. Во всяком случае, до недавнего времени

10

так было. Сейчас с валютой в Югославии хуже – режим экономии, и для итальянцев Триеста наступили суровые времена.

Погодите, погодите! Но с нашим-то рублем все в порядке: он-то и в Ленинграде, и в Эстонии «конвертируется», хождение имеет по всей территории страны. Почему же капиталистическим триестчанам хочется, чтобы покупателей было как можно больше, хотя бы из социалистической Югославии, и любовь к югославам, как родным братьям, сама собой возникает, и язык соседней страны как музыка звучит, а у нас, в союзной Эстонии, как враго в порой ленинградцев (за товарами приехавших) воспринимают, а по-русски иногда и говорить не стоит, лучше притворяться? Почему так? Да потому, что у них товарно-денежные отношения, а у нас пока директивно-адресно-плановые. У нас все рассчитано, кому чего сколько потреблять (по числу жителей и по историко-географическо-этнографическо-социальным особенностям), и, соответственно, чего кому сколько произвести, чтоб, значит, в самый раз было. А тут – ездят туда-сюда, из области в область, даже из республики в республику, все карты путают! Не зря наше центральное телевидение возмущалось кооператорами: оказывается, съездили в другую республику, привезли оттуда в свою республику мясо, мясных блюд наделали и, представляете, продают в кафе втридорога. А в этой своей республике мясо вообще потреблять не запланировано! Понятно, их надо осудить: то ли нетрудовые доходы у них, то ли страсть к наживе, то ли спекуляция, то ли вообще…

А может, все не так?.. Скажите, уважаемый читатель, какой смысл в том, чтоб ленинградцы на своих машинах и на государственных автобусах ездили в Таллинн… ну скажем, за трикотажем? Не лучше ли, не дешевле ли и проще наоборот: пусть таллинцы нагрузят вагон трикотажа и в Ленинград повезут продавать. Продадут, еще 2–3 вагона нагрузят, потом еще. Производство у себя расширяется, прибыль дополнительная трудящихся радует, потому что на реставрацию, культуру, улучшение условий труда идет… А в Ленинграде покупатели все расхватывают и даже те берут, кто и в Таллинн-то никогда за трикотажем не ездил. Только вот продукция нашего объединения «Красное знамя» немножко меньшим спросом начинает пользоваться. То есть с планом объединение, конечно, справляется, и по товарной продукции, и по реализации на складе тоже, а вот с самофинансированием … не очень. «Дымить-

11

ся» начинает прославленное объединение; работники его и вовсе негодуют, а эгоистичные ленинградцы не замечают ничего и только радуются, когда слышат эстонскую речь. А объединение тем временем вовсе прогорает и ликвидируется!!! Вот ужас-то! Но постойте, здание-то остается? Машины-то не выгорают… Ну, уволили всех, все работу ищут… А здания с машинами куда денутся? Да та же таллиннская фабрика их и купит! А работников, неужели в Ленинград из Эстонии за 200 км станет возить? Нет, тут же в Ленинграде и наймет. Все обратно устроятся… Кроме разве руководителей. Обидно за них, конечно, только такая, знаете, выгода огромная, что из нее руководителям этим можно пожизненное содержание обеспечить и еще много останется прибыли, которую таллиннцы к себе в республику вывезут. Ленинградцы тоже довольны будут: и трикотаж хороший, и мотаться за ним нет необходимости. И самое главное, содружество наций расцветает необычайно! А там и наш исполком придумает что-нибудь такое замечательное производить, чтоб не только нам, но и еще кому-нибудь понадобилось. Вот дружба-то начнется! А пока что не только госпредприятию такого номера отколоть нельзя, но и кооператора, сколько могут, за полу удерживают, чтоб он в соседнюю область не просочился. И возникает у нас территориальная рознь. А так как в стране нашей административные границы во многих случаях соответствуют национальным, то эта территориальная рознь часто становится межнациональной.

И не только в местной и текстильной промышленности тут дело. Вот на другом конце страны, в благодатной, наполненной солнцем Средней Азии, где не только хлопок, но и бахчевые вырастают до невиданных размеров… В Туркмении, например, действуют и возводятся промышленные предприятия, для которых – обратите внимание – существуют планы специальные по увеличению численности работающих без увеличения объемов производства! Или планы опережающего роста численности и фонда зарплаты по сравнению с производительностью труда. Трудно вовлекать новых работников, не хотят вовлекаться, даже откупаются, лишь бы не работать! Вот до чего дошло!!! Но они вовсе не тунеядцы, уважаемый читатель. Они стремятся земледелием заниматься на приусадебном участке – потому что климат никуда вывезти нельзя, а производство полиграфическое, например, можно. Оно, кстати, приносит миллионные убытки бюджету, а приусадебная деятельность вроде просто ничего ему не дает. Но полиграфия существует в Туркмении, по-видимому, чтобы обеспечить республике возможность выхода

12

из СССР, как только она пожелает. В действительности же можно было бы всю полиграфическую негазетную продукцию производить в Ашхабаде, а хоть в дружественной Алма-Ате, хоть в братском Красноярске; а газетную – сконцентрировать и расходовать средства республики, сколько хочется. Людей же не загонять на предприятия, а средства в бюджет от их труда получать за счет рентных платежей за ту замечательную землю, что они обрабатывают; не отвлекать их от земли, а привлекать к ней, поощряя и помогая льготами. Там же готовые условия для семейных подрядов, а мы?.. Надо ли строить заботу о национальном суверенитете на противодействии экономическим законам и экономической целесообразности, на экономических нелепостях? Или, может, договоримся о разделении труда не только в рамках СЭВ, но у себя дома?

Национальные преимущества – 5-й пункт с плюсом… Надо ли что-либо доказывать? Прошлогодние события в Алма-Ате… вообще, ситуация в Казахстане в кунаевскне времена, в Узбекистане во времена Рашидова… Все это означает и доказывает, что подобные привилегии служат не расцвету национальной самобытности и культуры, не росту экономической мощи в национальных (союзных) республиках, а чаще всего расцвету коррупции, возникновению преступных организаций, прикрывающихся национальными особенностями, традициями и интересами, раздувающими националистические страсти. Организациями, очень напоминающими мафию и включающими в качестве главных действующих лиц переродившихся, а чаще просто купивших себе должности советских или партийных бюрократов.

В.Рамм

Представляется, что проблемы защиты экономики и перестройки в целом от тенденций, ведущих к территориальной и национальной розни, проблемы межреспубликанского экономического сотрудничества и разделения труда, проблемы национальных кадров и обучения на национальных языках, т.е. противодействия вынужденной русификации образования, проблемы развития и охраны национальных культур (не только «этнографических консервов» со старинными одеждами и песнями, но и живого развивающегося слоя), проблемы взаимодействия и взаимопроникновения их, связанные с демократизацией и кооперацией, проблемы специализации и расширения производства с учетом национальных традиций, нацио-

13

нальных, местных, интернациональных и общих интересов… – все это наши общественно-политические и экономические проблемы.

Если вы, уважаемый читатель, согласны с такой оценкой и хотите принять участие в работе клуба «Перестройка» по данному направлению… назовем его, скажем, «политико-экономические аспекты национальной проблемы», пишите об этом в редакцию или мне: 195267, Ленинград, ул. Ушинского, д.31, кв.362. Имеет смысл не только делиться своими взглядами, но и сообщить свои координаты и то, какую форму работы Вы считаете для себя приемлемой: читать, слушать, высказывать суждения, обсуждать проблемы, готовить документы и предложения, помогать, молча сочувствовать и проч.

В.Рамм

13

Здоровье города – в руки горожан!

ОТ НЕВЫ ДО КРАСНОГО БОРА

1978 году в Ленинграде в целях дно- и берегоочистки с использованием плавсредств при Управлении «Спецтранс» Горисполкома было учреждено Производственное бассейновое предприятие гидротехнических работ (ПБПГТР). «Земноводное» предприятие парадоксально соединило в себе службы и уставы министерства речного флота и жилищно-коммунального хозяйства. В ущерб намеченной цели, ПБПГТР оказалось подчинено последнему, некомпетентному в функционировании флота, вопросах экологии и проч.

ПБПГТР вменило себе 12 видов работ: от камышекошения до ликвидации аварийных нефтеразливов. К беде доверившегося предприятию города, ПБПГТР в состоянии реализовывать планы и обязательства преимущественно на бумаге. Это объясняется прежде всего отсутствием у предприятия специализированной плавтехники. Например, боновых ограждений, жизненно необходимых для локализации нефтеразлива. Так, в 1986 г. ПБПГТР располагало единственной полуизношенной секцией, приобретенной у Ленинградского морского торгового порта (ЛМТП).

Несостоятельность в выполнении природоохранных мероприятий не мешает ПБПГТР гарантировать городу очистку Невской губы вплоть до защитных сооружений от наводнения после завершения их строительства. Однако при существующей технике подобная работа предприятия не представляется реальной. Прежде всего ввиду отсутствия мореходных плавсредств для сбора нефтепродуктов, боновых ограждений и мелководья Невской губы, по причине которого в ней не могут эксплуатироваться нефтемусоросборщики ПБПГТР.

ПБПГТР – Горисполком – предприятие

Горисполком обязывает предприятия заключать договоры с ПБПГТР на дно- и берегоочистку закрепленных за ними акваторий от нефтепродуктов, плавающей и затонувшей древесины, наплавного мусора и пр. Предприятия заключают договор с ПБПГТР на год. Сумма за предполагаемые услуги наращивается из расчета на квадратный метр водного бассейна. Юридическим основанием для оплаты произведенных услуг служит акт о приемке заказчиком акватории с положительной оценкой. Этот документ составляется в ПБПГТР и предъявляется представителем представителю заказчика, который полномочен завизировать акт в случае удовлетворительной работы ПБПГТР.

14

А если работа неудовлетворительна? Если за истекший месяц на акватории заказчика не появилось ни одного плавсредства и ни один рабочий исполнителя? В таком случае заказчик, естественно, не имеет права подписывать акт, оплачивать из государственной казны фиктивную работу. Но в случае отказа от подписи, заказчик будет приглашен в Горисполком, а неудовлетворительное состояние вверенного ему объекта вызовет пристальное внимание государственных контролеров Северо-Западного бассейнового (территориального) управления по регулированию использования и охране вод Минводхоза РСФСР (СЗБтУ). В свою очередь, иски, предъявленные к плавсредствам ПБПГТР за плохую очистку акватории, оказываются безрезультатны ввиду функционирования предприятия под эгидой Горисполкома.

В случае «компромисса» заказчик ничем не рискует. Если акт подписан сегодня, а на завтра случается «бескомпромиссная» проверка, заказчик резонно выдвигает многолетний тезис ПБПГТР: «Вода есть вода». Это значит, что вчера акватория могла быть чистой, чему свидетельство – акт о ее приемке у исполнителя, а в том, что за истекшее время она травмирована загрязнением – вина не заказчика и не исполнителя, которому, впрочем, согласно договору, будет выдано предписание на реабилитацию вверенного участка.

Наплавной мусор

Для улавливания мусора ПБПГТР сооружает на рукавах Невы (в Обводном канале, в реке Екатерингофке и др.) временные оплотники. Однако переполненные ловушки своевременно не очищаются, и мусор освобождается стихийно или сплавляется вниз по течению самими работниками ПБПГТР, что активно практикуется осенью перед определением плавсредств на зимний отстой, т.е. перед финалом навигации.

Древесина

Достаточно совершить экскурс по водотокам, чтобы запечатлеть отсутствие защитных средств по задерживанию плавающей древесины или их абсолютно условный характер. Документальным доказательством несостоятельности ПБПГТР в деле освобождения акватории от древесины служат соответствующие параграфы отчетных материалов ЛМТП и реальное изобилие древесины в Морском канале, на судоходных путях Невской губы, а также на откосах дамбы.

Дноизвлеченный грунт

«Чем меньше мы работаем, тем меньше мы вредим», – еще одна трагическая аксиома персонала ПБПГТР. Формула выражает вре-

15

доносное самообеспечение «работой» служб управления «Спецтранс». Зимой автотранспорт «Спецтранса» доставляет снег на так называемые снежные свалки – набережную им.Робеспьера, им.Лейтенанта Шмидта, Обводного канала и пр. Со снегом привозится все то, что было в него внедрено на магистралях города, например, составы, которыми его орошает тот же «Спецтранс». Доставленный вредоносный конгломерат сбрасывается в водотоки вопреки распоряжению горисполкома, запрещающему подобные акции. Образующиеся «айсберги» размежевывают флот ПБПГТР, преимущественно не предназначенный для этой функции, и, таким образом, приходящий в негодность. Вследствие этой и прочей практики, некомпетентности и нарушений в работе флота в хронике ПБПГТР имеются не только затопления плавсредств и увечья, но и смертельные случаи. Так, в 1986 году погибло 4 человека.

Часть того, что сбрасывается в акваторию, вкупе со снегом, неизбежно оседает на дно. Так производится не только заиливание, но и первичное загрязнение акватории. В период летней навигации специализированные плавсредства ПБПГТР выполняют землечерпательные и дноуглубительные работы не только на участках заказчиков, но и в местах снежных свалок. Так акватория отравляется во 2-й раз.

Дноизвлеченный грунт определяется на шаланды, которые впоследствии должны доставляться буксирами на официально разрешенную исполкомами лимитированную свалку грунта в Финском заливе севернее Кронштадта. Однако ввиду немореходности плавсредств ПБПГТР, они не могут быть пропущены в залив Морским Регистром СССР. Поэтому ПБПГТР пользуется неофициальной свалкой в 16 пикете в районе Корабельного фарватера на траверзе острова Белый. Впрочем, и этот предел часто недоступен буксирам ввиду волнения, дефицита топлива и проч. Поэтому практикуется сброс грунта в диапазоне участков производства работ. Так в третий раз распылятся ядовитая ноша.

Изложенная стратегия в отношении дноизвлеченного грунта наносит прямой экологический ущерб всему водному бассейну реки Невы. Если добавить, что участки дноуглубления определяются преимущественно в таких предельно загрязненных водотоках, как речки Смоленка, Ждановка, Черная, Обводный канал, то очевидно нарушение не только, правил захоронения грунтов в море, но и международных деклараций (см. Специальный доклад о применении критериев оценки грунта, извлеченного в процессе дноуглубления, 1983г.).

Нефтепродукты

Для определения просчетов в деятельности ПБПГТР по сбору нефте-

16

продуктов достаточно идентифицировать ее с аналогичной практикой ЛМТП, где сбор и учет нефтепродуктов происходит следующим образом:

  1. Сбор водоохранными плавсредствами нефтеводяной смеси с обслуживаемой территории.
  2. Определение химическим анализом количества нефтепродуктов в общем объеме.
  3. Прием и фиксация количества нефтепродуктов на нефтебазе.

Практика ПБПГТР обходится без второго звена ввиду отсутствия химической лаборатории со времени основания предприятия. Третье звено служит не для передачи нефтепродуктов в переработку, а для их ликвидации на полигоне в Красном Бору, функционированием которого также ведает «Спецтранс».

Т.о. плавсредства ПБПГТР могут собирать любую невскую воду2, фиксировать ее как «нефтесодержащую» и отправлять смесь практически неизвестной концентрации в Красный Бор для уничтожения. При перерегистрации работы водоохранного флота количество уловленной нефти учитывается условно, без наличия паспорта анализа нефтеводняной смеси ( химические анализы делаются эпизодически по требованию СЗБтУ).

Сожжение изрядно обводненной смеси требует добавления некоторого количества тех же самых нефтепродуктов. Очевидно, что изложения политика ПБПГТР в отношении нефтепродуктов допускает абсолютную бесконтрольность всех исполнительных звеньев.

Красный Бор

К полигону, на который вывозятся ядовитые отходы города, неприменима формула «вода есть вода». Земля есть земля, а закон сохранения энергии неумолим. Не бесконечны и экологические потенциалы Красного Бора. И если сегодня не бить в набат за прекращение массового слива обезводненых растворов (всегда ли?) и ядов в толщу кембрийских глин менее чем в 40 км от Ленинграда, то завтра может быть поздно.

Если не сегодня обратить внимание на то, кто и как компенсирует ущерб, наносимый природе антропогенной деятельностью, то завтра непредсказуемый ущерб потерпим мы сами.

П.Кожевников

17

НАЧАЛЬНИКУ ПРОИЗВОДСТВЕННОГО

БАССЕЙНОВОГО ПРЕДПРИЯТИЯ

УПРАВЛЕНИЯ «СПЕЦТРАНС»

тов. БОЙЧУКУ Н.А.

ЗАВ. ОТДЕЛОМ ПРОПАГАНДЫ И

АГИТАЦИИ ЛЕНИНГРАДСКОГО ОК КПСС

тов. БАРИНОВОЙ Г.И.

В СРЕДСТВА МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ

И ОБЩЕСТВЕННЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО

Николай Афанасьевич, Вы являетесь не только руководителем, но и создателем основного санитара водного бассейна города – Производственного бассейного предприятия гидротехнических работ управления «Спецтранс» Ленгорисполкома по дно- и берегоочистке акватории Ленинграда с использованием плавсредств, и ответственность за ущерб, наносимый деятельностью предприятия экологии, экономике и людям, – на Вас. Экология страдает из-за того, что ПБПГТР работает без рекомендаций и контроля компетентных научных учреждений. Таким образом, работы по дноуглублению, дноочистке, разведению гидробионтов и пр. ведутся дилетантски, без прогноза последствий. Персонал же предприятия не испытывает чувства ответственности за природу, поэтому способен сбрасывать извлеченный со дна грунт где попало, выпускать содержимое оплотников в акваторию, сливать за борт подсланевые воды и т.п.

Экономика страдает из-за того, что работа ПБПГТР по большей части фиктивна, таким образом, деньги, получаемые от государства, – не разработаны. Однако государство может полагать, что оплаченные работы произведены, доверять соответствующим фиктивным отчетам, допускать их движение далее по инстанциям и т.п. Некоторые работы, например, камышекошение, производятся исключительно «на бумаге». Сама специфика деятельности ПБПГТР определяет работу предприятия как сезонную, т.е. до и после ледостава – в период навигации (с середины апреля до середины ноября). В межнавигационный период акватория предприятий-заказчиков практически не обслуживается. Заказчики неоднократно пытались отказаться от подписания актов о приеме работы, т.е. от оплаты несуществующей работы, и многие из них этого добились. Однако рабочие на участках получают зимой те же деньги, что и летом: обработку недостающего в бригаде, ежемесячную премию и т.д., занимаются они пилкой дров для отопления вагон-бытовок. Когда я докладывала начальнику Южного производственного участка Круговому В.В. о том, что заказчики не подписывают

18

акты, он говорил, что я не умею с ними работать, отправлялся сам и ценой каких-либо услуг добивался подписи. Так, капитану завода ЛАО Медведеву Л.Т. Круговой доставал 6 комплектов какой-то морской одежды, о чем хвастался в присутствии персонала ЛПУ. Чтобы сфальсифицировать план, Круговой заставлял меня, как и других мастеров, вписывать в журнал учета работы ежедневную выработку по сбору древесины и мусора (в м³) не в соответствии с реальной, которой иногда и не бывало, а усредненную. То же происходит и на других участках и по другим видам работ.

Люди страдают из-за того, что предприятие, которое якобы очищает акваторию, не делает этого, и население города вынуждено обходиться без пляжей, испачканных мазутом и заваленных древесиной и мусором, дышать испарениями от неубранных загрязнений и т.п. Люди страдают, устроившись на работу в ПБПГТР: изложенная практика дно- и берегоочистки морально и физически разлагает персонал. Морально – потому что люди, сознавая, что они преступники или соучастники преступления, вынуждены с этим мириться, чтобы не лишиться работы; физически – потому что, подавленные морально, люди находят выход в пьянстве, вследствие чего происходят увечья, гибель и т.п. Те же, кто пытается бороться с Вашим стилем работы, подвергаются травле и т.п. и рано или поздно покидают ПБПГТР.

Акции против несогласных с Вашими принципами совершают Ваши подчиненные, Вы же остаетесь как бы в стороне, хотя, конечно, многие понимают, чей сценарий реализуется против того или иного работника.

Со своего пути Вы убираете тех, кто компетентен и порядочен и выступает с критикой в Ваш адрес, тех, на чье место Вы собираетесь поставить близких и нужных Вам людей; тех, кто является свидетелем Ваших закулисных акций и т.о. представляется Вам потенциально опасным; тех, кто почему-либо не выполняет Ваши планы; тех, кто скомпрометирован сигналами в свой адрес в партийные и другие инстанции и т.д. Таким образом Вы постоянно заменяете кадры, и поскольку Вашу волю могут исполнять личности с соответствующими моральными и социальными устоями, то ПБПГТР органически превращено Вами в арену гладиаторов, добивающихся любой ценой положения «фаворита Бойчука», что сулит им безопасность в рамках Вашего влияния в городе, карьеру и т.п.

19

Критика работниками практики ПБПГТР

Против нарушений в работе предприятия, в кадровой политике и пр. в нач. 80-х годов выступили работники: Горелов А.И. – главбух, Каганович – ст. инженер по т/б, Хортик – инженер-технолог, Богданова, Карпачев и др. В короткий срок были уволены все подписавшиеся, кроме Хортика, чей отец работает в управлении «Спецтранс».Также были наказаны те, кто подписался под письмом о нарушениях в работе ЮПУ, в частности, в деятельности нач. ЮПУ тов.Соловьева В.И. В 1986 г. ПБПГТР покинул Кожевников П.В. – рул. мот. т/х «Волгоград», лишенный нормальных условий работы и каких-либо перспектив за свое обращение в Ленинградский ОК КПСС по поводу бесконтрольной работы ПБПГТР, превращенного в «клан Бойчука». Вашей следующей жертвой стала инженер-технолог Морзакова Г.В., которую Ваши приспешники один раз увидели вдвоем с Кожевниковым. Оказавшись в невыносимых условиях, Морзакова обратилась в ЛОК КПСС. Вас вызывали в Василеостровский РК КПСС, где Вы извинились перед своей подчиненной, но, выждав 2 месяца, приступили к травле: вымышленные акты, моральное давление и пр., причем те, кто отказывался стать соучастником, также становились жертвами вашей мести. Так покинула ПБПГТР Гаврилова Е.Н., инженер-технлог производственного отдела, после того как ее довели до обморока, заставляя подписать фальшивый документ. Следом за Гавриловой уволился в знак протеста ее муж, Гаврилов, начальник ЮЛУ.

Получив из-за Вашей травли несколько б/л, отлежав в больнице, Морзакова была вынуждена уволиться.

Компетентные и добросовестные люди отказываются также неугодными, поскольку они требуют соблюдения социалистической законности во всех аспектах жизнедеятельности предприятия. Так был вытеснен из ПБПГТР Котиков Ю.И., нач.1 участка, которого уважал и ценил весь плавсостав.

Замена работников на «своих людей»

Морокина Н.Б., зам.главбуха. Вы стали объявлять ей выговоры, понизили в должности, травмировали морально. После того как Сорокина [так!], не выдержав организованной Вами травли, уволилась, Вы поставили на ее место Стригалеву О.С., родную сестру Ковалевой. Мареева Г.К., нач. ОК. Вы уговорили ее уйти на временно пустовавшую должность инженера по подготовке кадров. Когда место оказалось занято вернувшимися работником, Мареева провела 21 день без какой-либо должности вообще. Вы в это время попросили у начальника упр. «Спецтранс» Алексеева Г.М. отгулы на неделю; пока исполнители Вашей воли ликвидировали Марееву, Вы не появлялись в своем кабинете. Петров Е.А., гл. инженер, в присутствии

20

Оскотского М.Б., зам. начальника по работе флота Тихомирова В.Г., зам. начальника о общим вопросам, Шведова В.А., секретаря партбюро и Павлова Н.М., председателя профкома, убеждал Марееву перевестись на должность мастера на какой-либо участок, но после уговорил ее взять отпуск за свой счет. Однако до завершения отпуска Мареева была вызвана в ПБПТГР и уволена, как временный работник. Это произошло за несколько дней до дня ее рождения. Такой сюрприз Вы приготовили человеку, 8 лет выполнявшему Вашу волю. Достаточно сказать, что за период работы Мареевой в архивах ОК ПБПГТР скопились трудовые книжки погибших работников, которые не были возвращены их близким. Место Мареевой заняла Стригалева.

Заславский А., прораб ЮПУ, был выжит Петровым Е.А., нач.ЮПУ, для того чтобы его место занял Соловьев. Когда Петров занял должность гл.инженера, а Соловьев стал начальником ЮПУ, прорабом был взят Полушкин О.И., но был выжит для того, чтобы на его место мог заступить Круговой Б.В. Теперь Круговой – начальник ЮПУ, т.к., пользуясь методами Петрова, сделал все, чтобы скомпрометировать Соловьева и вынудить уволиться. Круговой не брезгует ничем. Продавал оливковое масло из порта мастеру Карпачевой в 1,5 раза дороже. Брал спирт на гидролизном заводе у Войтуля С.А., продавал его по 5 руб. бутылка. Об этом знает весь участок. С Войтулем он рассчитывался плавсредствами (судами). Такво лицо начальника участка.

Корсак В.В., инж. по т/б, был выжит Петровым. На его должность переведена Уланова Г.В., работавшая зав.складом.

Свидетели и соучастники «закулисной» деятельности ПБПГТР

Майоров Г.Н., Михайлов Ю.М., рабочие ЮПУ неоднократно использовались Круговым для производства работ в его доме и квартире, за эти дни им заполнялся рабочий табель. Кузнецов Э.Е., секретарь парткома. Пьянствовал, гулял, но Вы его не трогали, потому что он работал с начала основания предприятия, и, естественно, знал все теневые и уязвимые стороны Вашей деятельности. Однако мягкий характер не позволял Кузнецову выполнять задуманные Вами репрессии, и это Вас не устраивало. Кузнецов был переведен нач.4 участка. Во время буксировки з/с-в произошла авария, в результате которой з/с оказался выброшенным на берег, где находился 2 месяца. Однако на з/с находились люди, они получали деньги. Находящийся на суше з/с увидели ответственные работники и поставили Вам на вид. Формально ответственный за происшедшее, Кузнецов был уволен по собственному желанию. Ответственный за сохранность и техническое состояние флота не получил никакого наказания.

21

Безлепкин Е.П., зам.начальника по работе флота. Обнаруживая полную некомпетентность, пьянствовал, 2 месяца лечился в наркологическом центре, играл в карты, занимал изрядные суммы. Однако Вы его не трогали, поскольку он также работал с момент основания предприятия. Безлепкин был направлен на курсы повышения квалификации в финансово-экономический институт им.Вознесенского. Он прогуливал занятия. Из института позвонили в ПБПГТР и сообщили, что Безлепкин не появляется на занятиях. Вы использовали это для того, чтобы от него избавиться. Был уволен по собственному желанию.

«Фавориты Бойчука»

Кожин О.В., прораб спец.участка 3, пьянствовал и прогуливал, но не имел с вашей стороны нареканий, поскольку, по словам Осиповой Л.Е., мастера ЮПУ, ранее работавшей на спец.участке 3, Вы были связаны с ним «темными делами».

Федоров А.Е., гл. капитан-наставник, работает с основания предприятия, перебывал почти на всех должностях, нигде, впрочем, не проявив ни инициативы, ни компетентности. Не заменяется, поскольку, как он сам говорит, может рассказывать о Вашей карьере и жизни несколько дней подряд.

Озеров С.С., его Вы назначили нач. ЮПУ после попадания в пьяном виде в вытрезвитель; назначили со специальным наказом – ликвидировать Кожевникова, пытавшегося обуздать вашу деятельность, отрицательно влияющую на все параметры работы ПБПГТР. После наложения на Озерова взыскания комиссией народного контроля Вы пытались сделать его своим заместителем по безопасности движения флота, чему помешало трагическое, но естественное ЧП, следствие некомпетентности Озерова С.С. и Селезневой А.Ю., которая продолжает работать на предприятии, – гибель Перелыгина. До этого Озеров прославился как пьяница и драчун, избивая тех работников, с которыми пил до этого, или тех, кто осуждал его поведение. Так был избит Шепелев О.В., кап.мех.т/х «Залив».

Петров Е.А., работает с основания предприятия. Став нач. ЮПУ, набирал освобожденных рецидивистов, которые выполняли его волю. Отпуская рабочих пить вино, давал указание вербовать тех, кто нуждался в работе и прописке для работы на ЮПУ. Как бы не обращал внимания на прогулы работников с тем, чтобы в день получки собирать «штраф» за прогулянные дни, отмеченные в табеле «8».Так Майоров – долгое время не появлялся на работе, после чего подвергся «штрафу» и продолжал периодически прогуливать вплоть до увольнения.

Стиль работы

Петров, Оскотский, Тихомиров, Ковалева, чтобы угодить вам, оставалась на предприятии до 20–22 часов и намечали жертву, с которой также коллективно расправлялись. Например, что-

22

бы избавиться от Кожевникова, Вы подключили всех, покорных вашей воле. Осенью 1985 г. т/х «Волгоград» впервые за время его эксплуатации в ПБПТГР, как и другие суда того же типа, было решено поставить на отстой. Когда т/х «Волгоград» стоял в ковше судоремонтного завода «Спецтранс», а Кожевников находился на вахте по его охране, к территории завода подъезжало 2 машины, которые останавливались в темном, безлюдном месте около пруда. За рулем одной машины находились Вы, а в салоне – Ковалева, Мареева и Оскотский. Второй машиной управлял Петров. Втроем, вчетвером вы подкрадывались к т/х и караулили, не отлучится ли куда-нибудь Кожевников.

Увечья и гибель работников

ЧП с персоналом для предприятия дело, увы, обыденное. Причины: 1. Работа без «работы». 2. Вахта (плавсостава, береговых матросов, диспетчеров) в течение суток и более. 3. Заинтересованность руководства в «мутной воде» – отсутствие трудовой дисциплины и проч. В результате перечисленных пунктов – пьянство, несчастные случаи, драки, «исчезновения» людей.

Администрация нейтрализует ЧП следующим образом: 1. Договоренность с потерпевшим (семьей погибшего) о том, что случай произошел в нерабочее время, не на рабочем месте и проч., а в быту. Т.о. б/л не оформляется и ставится «8» или б/л оформляется после 5 дней бытовой травмы. 2. Давление на семью потерпевшего (погибшего), фальсификация документов в целях отрицания несчастного случая. 3. Увольнение потерпевшего «задним числом».

Для ориентации я приведу несколько случаев, подлежащих расследованию.

Григорьев, рул. моторист, прозвище «Одесса»,бесследно пропал в начале 80-х годов.

Деулин (младший), рул.-мот. ЦПУ, в период нахождения на б/л был зарезан.

Петров В.И., кап.-мех.т/х «Мятежный» был найди мертвым на берегу.

Медведев А.П., ЦПУ, рул.-мот., бесследно исчез в начале 80-х годов.

Портнов Г.К., рул.-мот.,ЦПУ, был зверски убит, 1983 г.

Петров Н.П., т/х «Грозный», заживо сгорел во время несения вахты, 1985 г.

Ярков В.В., кап.-мех. т/х «Мга», утонул во время несения вахты весной 1985 г.

Перелыгин В.С. командир з/с-10 погиб во время буксировки, 1986 год.

23

На фоне общих усилий по уходу за городом контрастно вырисовываются плоды Вашей работы, иначе говоря, абсолютного ее отсутствия. Перестройка – не для Вас, Вы работаете по-прежнему – на бумаге. Проработав под Вашим руководством 9 лет, я, конечно, не могла бы говорить о Вас несколько дней, как Федоров А.Е., но напомнить вам еще о нескольких «униженных и оскорбленных» могла бы. Это например, Волохова А.С., начальник ОК, Корюшкина М.А, инженер по ГО, и другие. Можно было бы восстановить и хронику карьеры Ковалевой, но это, как и многое другое, выяснится во время расследования, которое, верю, освободит столь необходимое городу предприятие от руководителя вчерашнего дня.

Мамедова Е.С.

24

ПРИ СВЕТЕ ЗЕЛЕНЫХ СВЕЧЕЙ

В семействе «зеленых» организаций произошло пополнение. Появилась новая группа «Грин хип», или «зеленные хиппи». В том, что «детям цветов» (как еще иначе называют себя хиппи) оказались не безразличны судьбы природы, нет ничего удивительного. В ряде западных стран хиппи оказались среди зачинателей партии «зеленых».

В «Гринхипе» сейчас более 30 человек. Группа зарегистрирована в качестве отряда «зеленого патруля» и работает не хуже остальных формирований общества охраны природы.

Первое крещение Грин хиппов произошло на памятнике природы «Урочище Донцы». Один из хиппи, «Лайф», чуть было не стал жертвой браконьеров. С голыми руками он бросился на пьяного преступника, выстрелившего в корреспондента «Ленинградской правды». Затем, через некоторое время, двоих хиппи чуть было не сбросили в реку разъяренные садоводы, когда им пытались напомнить о существовании законов об охране природы.

Потом последовали проверки соблюдения сроков сбора и торговли лесными ягодами, рейд по кладбищам Ленинграда, по пресечению торговли самовольно обломанными хвойными ветвями.

Развивалась и сама организация. Срочно требовалась своя символика и атрибутика. Старые зубры из Центрального совета общества охраны природы порекомендовали использовать при разработке эмблемы элементы символики, характерные для движения хиппи. Мы были обеими руками «за». Но советовать из Москвы легко: у них отсутствует антиэмблемное постановление горисполкома, а в Ленинграде оно есть. И вот Леноблгорсовет общества охраны природы, как «умная Маша», пишет письмо в Ленгорпрокуратуру за разъяснением: какие символы, знаки, эмблемы и изображения подпадают под запрет.

Надобно отдать должное прокуратуре: в месячный срок прислала ответ. В нем сообщалось, что под запрет подпадает… Далее шла цитата уже известного решения Ленгорисполкома от 17.07.87 г, п.16. Ясно, но непонятно. Устно, правда, сообщили, что с юридической точки зрения ответить не представляется возможным, и порекомендовали обратиться в юридический отдел Ленгорисполкома: он готовил проект решения – пусть и выпутывается. Прислушались. Обратились… Ответа ждем уже третий месяц.

Пока общество охраны еще надеялось на порядочность составителей антифенечного опуса, «Грин хип» подготовил проекты свой эмблемы. Между крокодилоклювым птеродактилем и двуглавой зеленой вороной в хайратнике на одной голове и с гребнем – на другой

25

размещен четырехлистник в форме пацифика. И кто бы теперь пояснил, противоречит ли пацифик или двуглавая ворона нормам социалистической нравственности или морали, или нет? Что-что, а запутывать бюрократы умеют.

Началась «Елочная кампания». Среди прочих, в городе стали появляться самовольно порубленные ели, «Гринхип» оказался на Финляндском вокзале. Эксперимент был достаточно рискованный: в любой момент при виде хиппи или панка с красной повязкой кого-нибудь мог хватить кондратий. В 1-й день дежурства милиция линейного отделения долго не могла прийти в себя. Бедный панк по кличке Порк («свинья») с повязкой «охрана природы» на рукаве боялся хоть бы на шаг отойти от меня. Время от времени появлялись товарищи в форме и направлялись к нему. Испуганный панк прятался за мою спину, пока я подтверждал законность его участия в проверках. Стражей закона можно было понять: больно уж непривычно участие панков или хиппи в оперативной охране природы.

На следующий день милиция усилила контроль за провозом елок. За каждой следующей бригадой «Гринхипа» неустанно следовал страж правопорядка. Не знаю, как хипам, а мне было спокойнее. Появлялась хоть какая-то гарантия, что наших зеленых пацифистов никто не обидит.

Тактичное поведение сотрудников милиции Финляндского вокзала ничем не напоминало привычного хамства их коллег из пятого отделения Куйбышевского района. Правда, к концу дня выяснилось, что и здесь не всюду проник ветер перестройки.

Таща за собой за руку Порка, в пикет инспекции по охране природы заявилась дама в штатском. Не показав хотя бы для приличия удостоверения, она объявила, что, как сотрудник детской комнаты милиции, выгоняет панка с вокзала.

Удивленно оглядываю Порка. Вроде бы не в одних трусах по платформе бегает. Из атрибутики – гребень на голове и повязка «охрана природы».

Слушать дальнейший с нею разговор подходили все новые и новые хиппи.

Нет, эту даму не интересовали материалы XX съезда ВЛКСМ. Поэтому слушать, о чем там говорили, она просто не пожелала. Затем началось нечто типа игры «Что? Где? Когда?» по вопросу, кто лучше знает решения Ленгорисполкома. С дамой потихоньку начиналась истерика. Да и долго ли: все время контролировала выполнение нормативных актов, не читая их, а тут… слов от возмущения она не находила. А потому закричала, что все равно выгоняет панка с вокзала. Пришлось

26

напомнить ей о пределах ее полномочий и послать заниматься ее прямыми обязанностями. Угрожая пожаловаться в райком, она удалилась.

А хиппи на вокзале всё прибывали. Нравилось им охранять природу. Благо нарушителями почему-то оказывались то работники общественного питания, то торговли, а нередко и просто жулики. И вели они себя, как на рынке, вплоть до угроз и шантажа. Время от времени приходилось посылать хиппи за милицией. Последние с готовностью, помогали. От такого содружества уже у нарушителей язык отнимался.

Кампания прошла успешно. За одну неделю состав «Гринхипа» удвоился.

Недавно прошла организационная тусовка «Грин хипа» При свете трех зеленых свечей. Рассмотрены программные вопросы организации. Решено было добиваться, чтобы группа по мере ее развития приближалась к коммуне. Основная цель – борьба с бездуховностью, за охрану окружающей среды, при тесном сотрудничестве с Обществом охраны природы. «Гринхип» уже вошел в состав «Эпицентра». Сейчас же, желая координировать экологическую работу в рамках страны, группа стала членом Молодежной инспекции СССР по охране природы.

«Грин хип» быстрыми темпами из экзотической организации становится обычной самодеятельной группой. И хотя у нее еще хватает недоброжелателей, она начинает проявлять себя как реальная сила.

В.Гущин

27

ВСЕ ТРУДНЕЕ ДЫШАТЬ…

В одном старом фильме есть такой эпизод: где-то на воздушном празднике что-то случалось с самолетом, и Сталин изрек, что человек, мол, дороже техники, прикажите оставить машину. Сколько людей в это время ожидало смерти в тюрьмах? Кончилось эпоха реакции, миновали времена застоя – аналогия осталась. «Все во имя человека, все для блага человека!» Да так ли это? Ситуация, сложившаяся в нашем городе, не просто заставляет усомниться – начисто подрывает доверие в истинность красивых и высотах фраз, раздающихся с трибун.

На протяжении IX веков Рязань строилась вдоль высокого берега Оки, и ее обращенное к реке лицо, несмотря на все потери и искажения, до сих пор представляет собой уникальный памятник градостроительства. На расположенном в пойме Оки Большом Борковском острове еще сохраняются остатки варварски уничтожаемого археологического комплекса поселений (начиная с X тыс. до н.э.), на свою беду расположенного по песчаным дюнам – поставщикам промышленных материалов, что, очевидно, и явилось причиной таинственного снятия памятника с государственной охраны в ходе разработок карьеров. Несмотря на близость пойменных лугов и соснового леса, в городе все труднее дышать: ветры с юго-востока останавливают 16-этажные дома микрорайона Дашково-Песочня, юго-западные, южные и западные – несут пыль и газ с Олово-завода, филиала ЗИЛ, завода Химволокна, завода Центролит, птицефабрик, словно в насмешку построенных по ветру; с северо-запада к центру на протяжении 10 км тянутся многочисленные заводы. В некоторых местах центра города загрязнение в 80 раз превышает норму (15-минутное пребывание в такой зоне грудного ребенка влечет за собой необратимые изменения в его легких). Единственные ветры, приносящие свежий воздух из сосновой Мещеры, – северный и северо-восточный – дуют со стороны Оки.

Между тем в качестве новогоднего подарка рязанцам было преподнесено решение горисполкома утвердить проект Генерального плана Рязани, предусматривающий постройку в пойме в зоне охраняемого природного ландшафта и заповедного ландшафта городского Кремля Северной окружной автодороги, развитие речного грузового порта и прокладку напорного канализационного коллектора. Не надо быть специалистом в области экологии, чтобы понять, к какой экологической к эколого-культурной катастрофе приведет осуществление этого проекта.

28

Выхлопные газы дороги вызовут интенсивное разрушение историко-культурных памятников союзного значения: соборов XVII–XIX вв. Рязанского кремля, а равно и городских памятников архитектуры, среди которых здания работы Я.Бухвостова, М.Ф.Казакова и иных выдающихся архитекторов, в большинстве своем и так находящихся в аварийном состоянии, сведет на нет начатую реставрацию Троицкого монастыря, связанного с пребыванием в нем посла Дмитрия Донского – Сергия Радонежского.

Прокладка трассы вызовет изменение уровня и загрязнение подземных вод, перекрытие их трубами и насыпными грунтами, заболачивание поймы. В зоне коллектора вниз по грунтовому потоку расположены артезианские водозаборы, здесь же, ниже по течению Оки, находится Дядьковский водозабор, воду которого пьет большинство горожан. Очистка же сточных вод производится на предельно загруженной биоочистке НПЗ, так что ежесуточно 30 тыс.т (10%) стока отходов сливаются в Оку неочищенными, загрязнение воды в 16 раз выше нормы. Но именно к этой, единственной в городе, биоочистке предполагается подключить коллектор, что неизбежно повлечет выход ее из строя на длительный срок. А что прикажете делать во время аварии? Рано или поздно она произойдет, т.к. трубы укладываются на неоднородные, местами слабые пойменные отложения, легко деформируемые, а вдобавок материал, из которого они изготовлены (железобетон), подвержен истиранию твердой фракцией бытовых стоков. Если такая авария случится в пору половодья – к ее месту не подобраться ни на автотранспорте (из-за высокой воды), ни на судне (из-за мелководья). Высота канализационных колодцев предусмотрена в 7 м (в зоне охраняемого ландшафта!), а максимальный подъем Окских вод зарегистрирован на высоту 9 метров.

О том, какие именно эпидемии разразятся следом за засорением поймы, остается только гадать, но список их достаточно устрашающ: помимо всевозможных вирусных инфекций – грибковые, венерические, кишечные инфекции, малярия и проч.

По сооружаемому коллектору предполагается сбрасывать не только бытовые стоки, но в первую очередь промышленные отходы кожзавода, возводимого совместно с итальянскими фирмами. Пуск завода намечен на 1989 год, но очистные сооружения для него не строятся.

Проекты коллектора и автодороги начали воплощаться в жизнь без всякого утверждения. Таким незаконным образом, без предусмотренных законодательством согласований, построены участок дороги и кол-

29

лектора между микрорайонами города Борки – Канищево; в настоящее время ведется строительство канализационных веток, которые должны присоединить к коллектору. Для завершения коллектора осталось проложить не более 5 тыс.труб. По участку автодороги Канищево – ул. Каляева началось заболачивание поймы, погублено около 40 га луга. В песчаной насыпи дороги можно обнаружить обломки керамики и кремниевые орудия труда каменного века. Трасса коллектора пройдет в опасной близости от остатков Борковского археологического комплекса, напомню – под охраной ныне не состоящего и могущего быть легко и на сей раз окончательно уничтоженным в ходе строительства.

Вывод из вышесказанного один: проведение в пойме Оки канализационного коллектора и Северной окружной дороги недопустимы. Это понимают не давшие своего согласия на утверждение этих проектов Научно-методический совет по охране памятников культуры министерства культуры СССР и ЦС ВООПИК, жители города, направившие около 2 тыс. подписей под своими протестами только в областные издания (в центральном из которых – газете «Приокская правда» – они канули в Лету), а также не одну сотню подписей в общесоюзную прессу. 18 ноября 1987 г. против застройки Окской поймы выступила газета «Правда». Однако новый секретарь Рязанского обкома КПСС тов.Хитрун заявил, что кожзавод городу нужен, а значит коллектор будет, и предложил секретарю обл. отделения ВООПИК переменить свою точку зрения по данному вопросу. Еще бы! Отсутствие канализации приведет к срыву пуска кожзавода, а это уже грозит валютной неустойкой. Об альтернативном же варианте проекта в свое время не позаботились, а ныне на его разработку у государства «не хватает времени». До каких же пор, спрашивается, мы будем продавать за доллары нашу культуру, историю, природу, жизнь и здоровье наших граждан?! До каких же пор будет для тов.Хитруна что «Правда»,что не «Правда» – все одно?! По предсказаниям экологов при нынешнем положении дел в Рязани через 50 лет не останется в живых ни одного человека. Но на мнение жителей города тов. Хитруну уж совсем наплевать. Лишним свидетельством служит (кстати, принятый к исполнению) наказ избирателей за №79 (решение Горсовета народных депутатов от 28.10.87) о превращении Большого Борковского острова в историко-природный заповедник, что несовместимо со строительством коллектора и дороги. А «перестройка» идет…

Активную борьбу против варварского уничтожения Окской поймы ведут городские общественные организации – дружина по охране природы и клуб «Отечество». Видимо, в самой прямой связи с их актив-

30

ностью находятся некоторые, мягко говоря, «странные» распоряжения секретаря Рязанского областного отделения ВООПИК В.И.Чернышевой, находящейся в крайнем негодовании по поводу независимой деятельности клуба, зарегистрированного при обл. отд. ВООПИК. После отклонения клубом требования перейти на положение секции ВООПИК, он безо всяких оснований был объявлен антиобщественной организацией; газетам отдано распоряжение не публиковать его объявлений о проведении субботников и тематических вечеров памяти (ассамблей), все предполагаемые к печати статьи на краеведческую тему должны отныне проходить цензуру В.И.Чернышевой, которая, не являясь сколько-нибудь значительным краеведом, намеревается накладывать «вето» на публикации членов клуба; лидера клуба попытались обвинить в «краже» из ВООПИК их же собственного устава и списков совета клуба, а на этом основании устроить обыск у секретаря клуба М.А.Качаевой. В декабре 1987 г. председатель президиума Рязанского обл. отдела ВООПИК тов.Фулин, воспользовавшись отсутствием на заседании представителя клуба А.О.Никитина, введенного в состав президиума решением X обл. отчетной-выборной конференции Рязанского обл. отд. ВООПИК, во всеуслышание заявил о необходимости вывода Никитина из президиума и необходимости надлежащим образом это устроить, подтасовав соответствующие факты. Кампания борьбы ВООПИК с клубом «Отечество», неоднократно заявлявшего о координации своей работы с Советским фондом культуры, ВООПИК и государственными организациями, сопровождалась звонками в соответствующие учреждения, вплоть до горисполкома, успешно сохраняющие вид полного неведения о противозаконных действиях, совершаемых против клуба.

Несмотря на очевидную попытку проведения против него репрессивных мер, клуб «Отечество» заявляет о своей решимости продолжать борьбу за спасение р. Оки и ее историко-культурных памятников до конца.

Строительные работы в пойме продолжают оставаться незаконными, ибо их проекты, предусмотренные к дополнительному согласованию решением горисполкома о принятии генерального плана развития города, доныне не согласованы, несмотря на интенсивные проведение предусмотренных ими работ. Вдобавок, вызывает тревогу напечатанное в областной газете «Приокская правда» сообщение о готовящемся повороте р. Оки в районе г. Касимова Рязанской области. Мы требуем прекращения работ! Мы просим помощи в организации общественного воздействия на государственные и партийные органы, от которых отныне зависит судьба 500 тыс. населения города и его уникальных памятников истории

31

и культуры: Рязанского областного комитета КПСС, Рязанского городского исполнительного комитета совета народных депутатов, Министерства культуры СССР, ЦК КПСС, а также в создании проекта альтернативного варианта коллектора и дороги.

Рязань – один из немногих городов СССР, сохранивших свое культурное наследие. Мы не имеем права потерять его, как не имеем права допустить, чтобы лозунг «Все для блага человека, все во имя человека!» убивал, чтобы призывы о перестройке, об общественной активности существовали для дураков. Жизнь человека должна зависеть от человека, а не от воли «добрых» дядей, один из которых облучит, другой – утопит, третий – отравит, а четвертый – уничтожит все, что дорого твоему сердцу, все, с чем связывается очень конкретное и святое понятие – Родина!

Хочется верить, что наш голос будет услышан и понят!

М.А. Качаева

Клуб «Отечество» г.Рязань

тел. для связи:

г. Рязань, 77-40-04, Качаева М.А.

32

Ученые братки

ЦЕНА И СТОИМОСТЬ

Для миллиона наших сограждан нет сегодня вопроса острее, чем предстоящая реформа цен. Что нас ждет: заурядное их повышение, сводящее на нет прибавку к зарплате и делающее еще тяжелее жизнь пенсионеров и других малооплачиваемых категорий трудящихся? Или предстоит радикальная реформа ценообразования, которая поставит, наконец, товаропроизводителя лицом к потребителю, минуя чиновников Госкомцен? Получим ли мы право своим рублем стимулировать тех, кто производит нужные и высококачественные вещи, и наказывать бракоделов и просто нерасторопных?

Сегодня нельзя оставаться на позиции обывателя с его нехитрой логикой: «Зачем нужна эта перестройка, если собираются повышать цены?» Пора всем задуматься о таких экономических категориях, как стоимость, спрос и предложение, товарно-денежная сбалансированность, разобраться в тех догмах ценообразования, которые завели наше хозяйство в болото низкого качества и низкой эффективности труда.

Порой нас поражает несоответствие – хорошая вещь продается в магазине дешевле аналогичной, но худшего качества. Чиновники, установившие цены, объясняют это просто: у изготовителя лучшей вещи была меньшее ее себестоимость. Вот и определили директивную цену (себестоимость плюс плановый процент прибыли) ниже. В этой упрощенной логике – вся суть профанации марксовой теории прибавочной стоимости. Нам десятилетиями вдалбливали ложное представление, будто стоимость и цену товара можно подсчитать непосредственно, через затраты труда, материалов, энергии и проч. Это не прошло бесследно – многие граждане искренне разделяют такое заблуждение. К счастью, миф административно-командной системы управления ныне рушится…

В прошлом веке вместо слова «стоимость» употреблялось другое – «ценность». Некоторые экономисты предлагают вернуться к прежнему термину, чтобы подчеркнуть отличие этой экономической категории от себестоимости, преодолеть вульгарную «затратную» интерпретацию стоимости. Последуем же и мы их призыву!

Классики утверждали, что ценность товара есть отношение между людьми, скрытое вещной оболочкой. Нужен товар покупателям – ценность его велика, вышел из моды – никакие жалобы на затраченный

33

труд и материалы не заставят покупателя оплатить его. Поэтому в определении ценности (стоимости), как общественно необходимых затрат труда, главное – признание обществом необходимости производственных затрат. Скажем, сшита модная кофточка, ее высокая цена на рынке допускает высокие затраты индивидуального пошива. Цены в каждом конкретном акте купли-продажи могут колебаться, но в среднем они отражают стоимость (ценность) товара. Напротив, ценность (стоимость) для потребителя массовой школьной одежды невысока. Значит, затраты на ее индивидуальный пошив обществом уже не допускаются – рентабельное производство и сбыт школьной одежды возможны только при массовом фабричном производстве. Поэтому общественно необходимые затраты надо понимать как затраты, допускаемые обществом, т.е. те, которые оно согласно признать.

Другой пример. В апреле тюльпаны на рынки Ленинграда привозят и с азиатских гор, и из-под пленочных укрытий Крыма, и из теплиц Латвии. Ценность их примерно равная, а затраты существенно различаются. Но пока спрос и предложение таковы, что в худших (латвийских) условиях затраты на отопление теплицы и труд покрываются ценами, латыши будут привозить свои тюльпаны в Ленинград. Увеличится предложение и упадут цены – на рынках останутся только жители Крыма и Средней Азии, т.е. общество откажется признавать затраты латышей.

Этот процесс в условиях сбалансированного рынка наблюдается при производстве и сбыте любых товаров: снижение договорных (цен и, соответственно, ценности) товара выталкивает из общественного производства те предприятия, где затраты оказываются выше общественно допустимых.

Если конкретный товаропроизводитель за счет каких-то усовершенствований смог снизить затраты на производство, то в условиях рыночных цен он будет получать от общества премию – сверхприбыль. Пока конкуренты не добьются того же и общий уровень цен не снизится. Тем самым рыночные цены и ценность как бы отслеживают допускаемые обществом затраты живого и овеществленного труда на худших (на грани банкротства) предприятиях.

Однако в нашей стране в условиях административно-командной системы управления долгие годы пытались перепрыгнуть через эту объективную причинно-следственную цепь: «снижение затрат – сверхприбыль – снижение цены под воздействием конкуренции», догматически отождествляя стоимость с индивидуальными издержками производства, к которым добавлялся некий «нормативный» процент прибыли. Тем самым лишали товаропроизводителей стимулов к рационализации произ-

34

водства, превращая экономику в «затратную» и неэффективную.

Итак, как мы видим, рыночные цены, т.е. цены равновесия спроса и предложения – необходимое условие для выявления обществом ценности (стоимости) товаров, для определения необходимых (допустимых) затрат на его производство. Это та печка, от которой придется «вытанцовывать» радикальную экономическую реформу. Если сохранить директивный порядок ценообразования, то одно из двух: либо будет продолжаться затоваривание и порча товаров и продуктов в тех случаях, когда цены окажутся выше цен равновесия, либо, если цены будут ниже, армия спекулянтов продолжит, играя на дефиците, увеличивать свои состояния – и социальная напряженность в обществе будет возрастать.

Многие годы мы получали прибавки к зарплате, не обеспеченные ростом производства промышленных товаров и сельхозпродуктов. На руках и счетах в сберкассах скопилось около 320 млрд.руб., т.е. примерно по 1,5 тыс. руб. на каждого жителя, включая грудных детей. Эти деньги, фактически нами не заработанные, получены, так сказать, на дармовщину. Рано или поздно их придется вернуть через механизм повышения цен. Вряд ли стоит по этому поводу негодовать, уподобляясь тому прохожему, что был счастлив, найдя чужой кошелек, и очень злился, когда нашелся его хозяин.

Повышение цен – шаг малоприятный. Для некоторых категорий граждан (пенсионеров, студентов, низкооплачиваемых категорий работников) он может быть смягчен специальными мерами компенсации. Но без радикальной реформы цен не обойтись. Ждать, что удастся ускорить развитие экономики, не приводя в соответствие цены товаров с их реальной ценностью, не больше оснований, чем надеяться, что колхозники станут косить для своих коров сено, когда дешевле кормить их хлебом (по нынешним ценам). Законы экономики требуют рыночных цен – другого пути у нас нет!

Петр Филиппов

35

КОМУ СОБАКА ПАВЛОВА ВИЛЯЕТ ХВОСТОМ

Сессия ВАСХНИЛ 1948 г., разгромив генетическую науку, «обогатила» методологию естественных наук принципом «партийности», под гнетом которого до этого находились лишь гуманитарные дисциплины. В результате оказалось, что критерием истины является не эксперимент, а партийность той или иной теории. В свою очередь, критерием партийности служили не какие-либо объективные показатели, а мнение Вождя. Об одном из примеров такого подхода к науке хочется рассказать.

В конце июня – начале июля 1950 г. состоялась объединенная сессия академии наук и академии медицинских наук СССР, посвященная проблемам физиологического учения академика Павлова. Это был небывалый по размахам научный форум. В нем приняли участие 1200 человек. Его работа освещалась во всех центральных газетах и по радио. На фабриках и заводах, в колхозах и совхозах трудящиеся обсуждали результаты этой сессии, гневно клеймя позором наймитов капитализма, пробравшихся в советскую науку, и дружно тянули мозолистые руки в поддержку павловской теории.

Обсудив (вернее, обругав) научные воззрения академиков И.С.Бериташвили (Беритова), Л.А.Орбели, А.Д.Сперанского, профессоров П.К.Анохина и П.С.Купалова и ряда других физиологов, сессия осудила попытки «ревизии» павловской теории и обвинила этих ученых в «метафизичности, идеализме и низкопоклонстве перед Западом». Последовали оргвыводы, в результате которых было сменено почти 90% руководителей физиологических институтов, кафедр и крупнейших лабораторий. Развиваемые этими учеными направления исследований были закрыты.

Весь этот ажиотаж был вызван проснувшимся у Сталина интересом к физиологии. По всей видимости, толчком, вызвавшим этот интерес, послужила вышедшая незадолго до начала сессии печально известная работа Сталина «Относительно марксизма в языкознании». На это указывают слова президента АН СССР академика С.И.Вавилова, открывавшего сессию: «На страницах «Правды» за последние недели, как вы знаете, развернулась дискуссия по вопросам материалистического языкознания. Ни один из специалистов, выступивших на этой дискуссии, даже не упомянул о том, что учение Павлова пролагает новые, естественно-научные пути в учении о языке, как об это в свое время говорил еще сам Иван Петрович. Не упоминалось ничего об это важнейшей проблеме потому, что в этом направлении ничего не было

36

сделано». О том, что Сталин лично занимался подготовкой этой сессии, свидетельствует профессор М.Ярошевекий: «Я сам видел в руках Айрапетьянца, одного из закулисных организаторов Объединенной сессии, доклад Быкова с правкой Сталина» (Московские новости, 27.12.87, с.10). Академик Быков был основным докладчиком сессии.

Здесь возникает вопрос, почему Сталин, вместо того чтобы просто приказать начать всестороннюю разработку понадобившегося ему вопроса о второй сигнальной системе, решил публично покарать ведущих физиологов страны? Только ли потому, что он не терпел попыток свободомыслия и отхода от мнения узаконенных им авторитетов?

За 14 лет, прошедших между смертью И.П.Павлова и открытием сессии, в физиологии были выявлены новые факты и явления, уже не всегда вписывающиеся в рамки павловской теории высшей нервной деятельности (поведения). Ключевым положением этой теории, ее святая святых, является то, что поведение животных и человека состоит исключительно из рефлексов. На языке науки это называется принципом детерминизма поведения, который означает, что спонтанного, самопроизвольного поведения быть не может. Экспериментальные данные, обобщенные, в частности, упомянутыми выше И.С.Бериташвили в теорию психоневрной деятельности и П.С.Купаловым в теорию рассудочной деятельности, опровергали абсолютность принципа детерминизма.

На наш взгляд, именно эти, казалось бы чисто научные, расхождения и вызвали такую бурную реакцию сталинской диктатуры. Для любой диктатуры научно обоснованное положение о невозможности самопроизвольного поведения человека является просто манной небесной. Еще лауреат Нобелевской премии по физиологии Конрад Лоренц говорил, что для тех, кто заинтересован в манипуляциях личностью, собака Павлова является идеальным гражданином. В этих условиях воспитание члена общества сводится к выработке у него совершенно определенных ответных реакций на необходимый данной диктатуре набор условных сигналов, в качестве которых служат лозунги, призывы, и проч. При этом любого инакомыслящего можно рассматривать либо как больного, либо как агента противостоящей системы, поскольку собственного мнения у него в принципе быть же может. Отсюда и весь набор методов «работы» с инакомыслящими. Если болен – надо лечить. Очень эффективным методом оказалась трудотерапия в специально отведенных для этого местах, в отдельных случаях показано пребывание в психиатрической клинике. Ну, а если агент – то с ним, как с предателем… И в итоге каждый поймет, что ходить лучше строем, петь лучше хором, а принимать решение лучше коллективно – голосованием, за-

37

меняя процесс обдумывания процессом поднятая руки. К сожалению, приходится отметить, что программа настолько эффективно проводилась у нас в действие, что поднятие руки на сигнал «кто за?» из условно-рефлекторного превратилось в безусловно-рефлекторное и стало передаваться по наследству (иначе как объяснить всеобъемлющую распространенность этого явления через десятки лет после осуждения культа личности).

После 1956 г. колесо истории сделало еще один оборот. На этот раз были осуждены итоги Объединенной сессии (с гораздо меньшим шумом, чем одобрены). 6 лет перерыва в научных исследований привели к тому, что и по сей день не набран тот темп развития физиологии, который был до 1950 года. И из ведущей отечественная физиология превратилась в догоняющую. А поскольку Физиология служит теоретической основой медицины, психологии, педагогики, то трудно переоценить тот вред, который был нанесен этим областям. Здесь очень важно подчеркнуть, что вредоносным было не учение И.П.Павлова, академик Павлов – великий: ученый, без разработок которого немыслимо развитие современной науки. По этому поводу прекрасно сказал профессор И.Фейгенберг: «Павлов – это светлое имя на грязном знамени… Избрав себе в покровители великого физиолога, организаторы сессии совершили преступление и перед его памятью, и перед историей науки, и перед самой павловской теорией».

И еще об одном хочется сказать в заключение. Первой фразой в обращении к Сталину, принятом на той сессии, была: «Дорогой Иосиф Виссарионович! Участники научной сессии Академии Наук СССР и Академии медицинских наук СССР, посвященной проблемам физиологического учения И.П.Павлова, шлют Вам, корифею науки, гениальному вождю и учителю героической партии большевиков, советского народа и всего прогрессивного человечества, знаменосцу мира, демократии и социализма, борцу за счастье трудящихся во всем мире, свой горячий привет!» Это обращение подписали 1200 участников сессии, многие из которых живы до сих пор и воспитывают молодежь в своих патриотических традициях. Следует помнить об этом: уж слишком дорого обошлись народу такие «приветы».

М.Волков

38

Присоединим свой голос!

Генеральному секретарю ЦК КПСС

Горбачеву Михаилу Сергеевичу

Копии:

Его Святейшеству, Святейшему

Патриарху Пимену

Епископату Русской

Православной Церкви

Председателю Совета по делам

религий Харчеву К.

Многоуважаемый Михаил Сергеевич,

В 1961 г. была закрыта, якобы на ремонт, Киево-Печерская Успенская Лавра – главнейшая святыня нашего народа и древнейший центр его культуры.

С этого времени уже минуло более четверти века, а Лавра все еще стоит без всякого заметного ремонта. Главная ее святыня и гордость отечественной архитектуры – Успенский собор – лежит в руинах, Ближние Пещеры остаются в неудовлетворительном состоянии, а в Дальних Пещерах многие места заколочены досками.

Для верующего сердца здесь особенно жутко: тут куда ни посмотришь – везде видишь духовное запустение.

Гиды здесь водят кучками туристов и бойко рассказывают им разные небылицы о монахах, святых мощах, Церкви, чем вызывают смех среди туристов и приводят верующих в законное возмущение.

В пещерах святые мощи лежат в полном небрежении и неопрятности. Некоторые из них куда-то исчезли и на гробницах остались лишь одни надписи. В отдельных нишах по несколько мощей свалены в одну кучу вперемежку, кое-как, ничем не прикрытые, оголенные.

Здесь проходят и смотрят на них с недоуменным видом поляки, французы, немцы, американцы, шведы, испанцы – им, может быть, и непонятна наша святыня, они у себя дома не смеются над прахом своих отцов, да и никому другому не позволят этого делать.

Киевский князь Святослав некогда говорил:

– Мертвые сраму не имут.

И он прав. Срам, бросаемый нашими гидами на мертвых, не ощущается ими: он возвращается вспять и обильно, с процентами, падает на нас, на живых.

Современный советский писатель В.Солоухин пишет:

– Человек, способный осквернить могилу, способен наплевать и на живых людей. Человек, способный надругаться над собственной

39

матерью, остановится ли перед оскорблением и уничтожением чужих матерей? Более того, разоривший чужую могилу не гарантирован, что не будет разорена его собственная.

Когда-то персидский царь Дарий вторгся в пределы скифские, но скифы не давали ему боя. На вопрос Дария, почему они убегают от него, вождь их ответил, что они не бегут, а не воюют с ним, потому что им нечего защищать – у них нет ни засеянных полей, ни домов, ни городов, и тут же добавил:

– Но у нас есть отцовские могилы: попробуйте разорить их, так узнаете – будем ли мы с вами биться или нет…

Могилы отцов во все времена, всегда, у всех народов были священны. У скифов тоже. Вот только почему мы этого не знаем? И почему эта святыня у нас попирается?

После закрытия Лавры я ее посещал неоднократно. И каждый раз душа моя возмущалась и наполнялась горечью от того, что я там видел и слышал.

Некоторые ошибочно полагают, что все эти позорные деяния суть ничто иное, как атеистическая пропаганда и борьба с религией. А мне во всем этом видится кощунство, и, не в последнюю очередь, оскорбление чувств верующих людей.

По утверждению экскурсоводов, Лавру посещают 6–8 тыс. туристов в день, а в летние месяцы эта цифра достигает даже 14 тысяч и более. Всего же в год здесь бывает около двух миллионов человек. И все эти люди слушают негодное пустословие некоторых злых на язык гидов. Какой убийственный яд, какую отраву они пускают в человеческие души!

Божьею милостью, Русская Православная Церковь и вся наша страна в следующем – 1988 – году будет праздновать 1000-летие Крещения Руси.

Это великая и священная дата для каждого из нас. Встретим ли мы ее, эту дату, в Киевской Лавре баснями гидов или, быть может, наконец воздадим должное нашим славным предкам и покажем себя достойными их сыновьями?

Насколько мне известно, из теперешних добросовестных историков уже никто не отрицает, что Крещение Руси благотворно сказалось на развитии нашего народа: на его культуре, нравственности, политике, экономике, семейном быте и многих других сторонах его жизни.

Мы проявили бы черную неблагодарность, если бы в дни этих славных торжеств не помянули бы добрым словом тех, кто сейчас ле-

40

жит в Киевских Пещерах, – тех скромных иноков и честных тружеников, которые, не щадя себя, несли нашему народу свет книжного учения, свет мира, любви и единения святой Руси. Мы были бы недостойны их, если бы оставили Лавру в эти дни лежать в руинах и прахе.

В 1946 году, когда праздновалось тысячелетие Рильского монастыря, вождь болгарского народа, Георгий Димитров заявил:

– Можно смело сказать, что не было бы сегодня новой демократической Болгарии, Болгарии отечественного фронта, если бы во времена мрачного, черного, рабского прошлого у нас не было бы наших монастырей, таких, как эта Рильская обитель, которые бережно хранили национальные чувства, национальные чаяния, национальную гордость болгар.

Киево-Печерская Лавра сделала для нас, нашего народа, для его исторического становления, самобытности и национального самосознания не меньше, а гораздо больше, чем Рильский монастырь для Болгарии.

В Лавре жили и работали наши первые летописцы, ученые, врачи, зодчие и живописцы: Нестор, Иаков, Никон, Иоанн; Аганит, Димиан, Алипий. С Лаврой тесно были связаны видные общественные деятели, литераторы, ученые, художники – Елисей Плентицкий, Захария Копистенский, Иов Борецкий, Петр Могила, Ипокентий Гизель и многие другие.

Здесь черпало свою духовную силу казачество, защищавшее не только Украину, но и Россию от набегов татар, турок и тогдашних набегов с Запада.

Теперь эта святыня ждет своего Георгия Димитрова, ждет того, кто ей, наконец, скажет спасибо вместо хулы и брани.

Я слышал, к Вам уже обращались письменно миряне и духовенство с просьбой открыть к 1000-летнему юбилею Крещения Руси Киево-Печерскую Лавру, которая, кстати, к этой дате имеет самое непосредственное отрешение. Я осмеливаюсь присоединить к ним и свой голос. Ибо с полным основанием полагаю, что крайне невежливо было бы с нашей стороны не позвать на это торжество историческое тех, кто является причиной торжества.

Открыв Киево-Печерскую Лавру, Вы, Михаил Сергеевич, сделали бы прекрасный подарок не только Русской Православной Церкви, но и всей стране. А мы, благодарные, будем молиться Господу о мире всего мира, о Вашем здоровье и долгоденствии, с пожеланиями Вам успеха во всех Ваших добрых делах и миротворческих начинаниях.

Попутно хочу отметить, что следует не только открыть вышеупо-

41

мянутую Лавру, но также дать возможность церковным властям сохранить уже имеющиеся у нас монастыри, так как некоторые из них уже давно находятся в бедственном состоянии по той причине, что паспортный стол крайне ограничил прописку тем, кто желает поступить туда.

Так, например, на место 10–12 умерших монахов или монахинь, иногда с большим трудом, удается прописать одного– двух человек.

Особенно в тяжелом состоянии находятся Флоровский женский монастырь в г. Киеве и Почаевская Лавра.

Я искренне верю, что Вы, Михаил Сергеевич, сделаете все, зависящее от Вас, для торжества правды, для достойной встречи славного 1000-летия Крещения Руси.

С искренним уважением Архиепископ

Астраханский и Енотаевский Феодосий

20.Х.87 г.

42

Энциклопедия русской жизни

Иосиф Бродский

Нобелевская лекция

I

Для человека частного и частность эту всю жизнь какой-либо общественной роли предпочитавшего, для человека, зашедшего в предпочтении этом довольно далеко – и в частности от Родины, ибо лучше быть последним неудачником в демократии, чем мучеником или властителем дум в деспотии, – оказаться внезапно на этой трибуне – большая неловкость и испытание.

Ощущение это усугубляется не столько мыслью о тех, кто стоял здесь до меня, сколько памятью о тех, кого эта честь миновала, кто не смог обратиться, что называется «урби эт орби» с этой трибуны и чье общее молчание ищет и не находит в вас выхода.

Единственное, что может примирить вас с подобным положением, это то простое соображение, что – по причинам прежде всего стилистическим – писатель не может говорить за писателя, особенно поэт за поэта; что, окажись на этой трибуне Осип Мандельштам, Марина Цветаева, Роберт Фрост, Анна Ахматова, Уинстон Оден, они невольно бы говорили за самих себя, и, возможно, испытывали бы некоторую неловкость.

Эти тени смущают меня постоянно, смущают они меня и сегодня. Во всяком случае они не поощряют меня к красноречию. В лучшие свои минуты я кажусь себе как бы их суммой – но всегда меньшей, чем любая из них в отдельности. Ибо быть лучше них на бумаге невозможно; невозможно быть лучше них и в жизни, и это именно их жизни, сколь бы трагичны и горьки они ни были, заставляют меня часто – видимо, чаще, чем следовало бы – сожалеть о движении времени. Если тот свет существует – а отказать им в возможности вечной жизни я не более в состоянии, чем забыть об их существовании в этой – если тот свет существует, то они, надеюсь, простят мне и качество того, что я собираюсь изложить: в конце концов не поведением на трибуне достоинство нашей профессии мерится.

Я назвал лишь пятерых – тех, чье творчество и чьи судьбы мне дороги, хотя бы уже потому что, не будь их, я бы как человек и как писатель стоил бы немногого: во всяком случае я не стоял бы сегодня здесь. Их, этих теней – лучше: источников света – ламп? звезд? – было, конечно же, больше, чем пятеро, и любая из них способна обречь на

43

немоту. Число их велико в жизни каждого сознательного литератора; в моем случае оно удваивается, благодаря тем двум культурам, к которым я волею судеб принадлежу. Не облегчает дела также и мысль о современниках и собратьях по перу в обеих этих культурах, о поэтах и прозаиках, чьи дарования я ценю выше собственного и которые, окажись они на этой трибуне, уже давно бы перешли к делу, ибо у них есть больше что сказать миру, нежели у меня.

Поэтому я позволю себе ряд замечаний – возможно, нестройных, сбивчивых и могущих озадачить вас своею бессвязностью. Однако количество времени, отпущенное мне на то, чтобы собраться с мыслями и сама моя профессия защитят меня, надеюсь, хотя бы отчасти от упреков в хаотичности. Человек моей профессии редко претендует на систематичность мышления; в худшем случае он претендует на систему. Но это у него, как правило, заемное: от среды, от общественного устройства, от занятий философией в нежном возрасте. Ничто не убеждает художника в случайности средств, которыми он пользуется для достижения той или иной – пусть даже и постоянной – цели, нежели самый творческий процесс, процесс сочинительства. Стихи, по слову Ахматовой, действительно растут из сора; корни прозы – не более благородны.

II

Если искусство чему-то и учит (и художника – в первую голову), то именно частности человеческого существования. Будучи наиболее древней – и наиболее буквальной – формой частного предпринимательства, оно вольно или невольно поощряет в человеке именно его ощущение индивидуальности, уникальности, отдельности – превращая его из общественного животного в личность. Многое можно разделить: хлеб, ложе, убеждения, возлюбленную – но не стихотворение, скажем, Райнера Марии Рильке. Произведения искусства, литературы в особенности и стихотворение в частности обращаются к человеку тет-а-тет, вступая с ним в прямые, без посредников, отношения. За это-то и недолюбливают искусство вообще, литературу в особенности и поэзию в частности ревнители всеобщего блага, повелители масс, глашатаи исторической необходимости. Ибо там, где прошло искусство, где прочитано стихотворение, они обнаруживают на месте ожидаемого согласия и единодушия – равнодушие и разноголосие, на месте решимости к действию – невнимание и брезгливость. Иными словами, в нолики, которыми ревнители общего блага и повелители масс норовят оперировать, искусство вписывает «точку-точку-запятую с минусом»,

44

превращая каждый нолик в пусть не всегда привлекательную, но человеческую рожицу.

Великий Баратынский, говоря о своей Музе, охарактеризовал ее как обладающую «лица необщим выраженьем». В приобретении этого необщего выражения и состоит, видимо, смысл индивидуального существования, ибо к необщности этой мы подготовлены уже как бы генетически. Независимо от того, является человек писателем или читателем, задача его состоит в том, чтобы прожить свою собственную, а не навязанную или предписанную извне, даже самым благородным образом выглядящую жизнь, ибо она у каждого из нас только одна, и мы хорошо знаем, чем все это кончается. Было бы досадно израсходовать этот единственный шанс на повторение чужой внешности, чужого опыта, на тавтологию – тем более, что глашатаи исторической необходимости, по чьему наущению человек на тавтологию эту готов согласиться, в гроб с ним вместе не лягут и спасибо не скажут.

Язык и, думается, литература – вещи более древние, неизбежные, долговечные, чем любая форма общественной организации. Негодование, ирония или безразличие, выражаемое литературой по отношению к государству, есть, по существу реакция постоянного, лучше сказать – бесконечного, по отношению к временному, ограниченному. По крайней мере до тех пор, пока государство позволяет себе вмешиваться в дела литературы, литература имеет право вмешиваться в дела государства. Политическая система, форма общественного устройства, как всякая система вообще, есть, по определению, форма прошедшего времени, пытающаяся навязать себя настоящему (а зачастую и будущему), и человек, чья профессия язык, – последний, кто может позабыть об этом. Подлинной опасностью для писателя является не только возможность (часто реальность) преследований со стороны государства, сколько возможность оказаться загипнотизированным его, государства, монструозными или претерпевшими изменения к лучшему – но всегда временными – очертаниями.

Философия государства, его этика, не говоря уже о его эстетике – всегда «вчера»; язык, литература – всегда «сегодня» и часто – особенно в случае ортодоксальности той или иной системы, даже и «завтра». Одна из заслуг литературы и состоит в том, что она помогает человеку уточнить время его существования, отличить себя в толпе как предшественников, так и себе подобных, избежать тавтологии, то есть участи, известной под почетным названием «жертвы истории». Искусство вообще и литература в частности тем и

45

замечательно, тем и отличается от жизни, что всегда бежит повторения. В обыденной жизни вы можете рассказать один и тот же анекдот трижды и трижды, вызвав смех, оказаться душою общества. В искусстве подобная форма поведения именуется «клише». Искусство есть орудие безоткатное, и развитие его определяется не индивидуальностью художника, но динамикой и логикой самого материала, предыдущей историей средств, требующих найти (или подсказывающих) всякий раз качественно новое эстетическое решение. Обладающее собственной генеалогией, динамикой, логикой и будущим, искусство не синонимично, но, в лучшем случае, параллельно истории, и способом его существования является создание всякий раз новой эстетической реальности. Вот почему оно часто оказывается «впереди прогресса», впереди истории, основным инструментом которой является – не уточнить ли нам Маркса – именно клише.

На сегодняшний день чрезвычайно распространено утверждение, будто писатель, поэт в особенности, должен пользоваться в своих произведениях языком улицы, языком толпы. При всей своей кажущейся демократичности и осязаемых практических выгодах для писателя, утверждение это вздорно и представляет собой попытку подчинить искусство, в данном случае литературу, истории. Только если мы решили, что «сапиенсу» пора остановиться в своем развитии, литературе следует говорить на языке народа. В противном случае народу следует говорить на языке литературы. Всякая новая эстетическая реальность уточняет для человека реальность этическую. Ибо эстетика – мать этики; понятие «хорошо» и «плохо» – понятия прежде всего эстетические, предваряющие понятия «добра» и «зла». В этике не «все позволено», потому что в эстетике не «все позволено», потому что количество цветов в спектре ограничено. Несмышленый младенец, с плачем отвергающий незнакомого или, наоборот, тянущийся к нему, отвергает его или тянется к нему, инстинктивно совершая выбор эстетический, а не нравственный.

Эстетический выбор – индивидуален, и эстетическое переживание – всегда переживание частное. Всякая новая эстетическая реальность делает человека, ее переживающего, лицом еще более частным, и частность эта, обретающая порою форму литературного (или какого-либо другого) вкуса, уже сама по себе может оказаться если не гарантией, то хотя бы формой защиты от порабощения. Ибо человек со вкусом, в частности литературным, менее восприимчив к повторам и заклинаниям, свойственным любой форме политической демагогии. Дело не столько в том, что добродетель не является гарантией

46

шедевра, сколько в том, что зло, особенно политическое, всегда плохой стилист. Чем богаче эстетический опыт индивидуума, чем тверже его вкус, тем четче его нравственный выбор, тем он свободнее – хотя, возможно, и не счастливее.

Именно в этом, скорее прикладном, чем платоническом, смысле следует понимать замечание Достоевского, что «красота спасет мир», или высказывание Мэтью Арнольда, что «нас спасет поэзия». Мир, вероятно, спасти уже не удастся, но отдельного человека спасти можно. Эстетическое чутье в человеке развивается весьма стремительно, ибо даже полностью не отдавая себе отчет в том, чем он является и что ему на самом деле необходимо, человек, как правило, инстинктивно знает, что ему не нравится и что его не устраивает. В антропологическом смысле, повторяю, человек является существом эстетическим прежде, чем этическим. Искусство поэтому, в частности литература, не побочный продукт видового развития, а наоборот. Если тем, что отличает нас от прочих представителей животного царства, является речь, то литература, и в частности поэзия, будучи высшей формой словесности, представляет собою, грубо говоря, нашу видовую цель.

Я далек от идеи поголовного обучения стихосложению и композиции, тем не менее подразделение людей на интеллигенцию и всех остальных представляется мне неприемлемым. В нравственном отношении подразделение это подобно подразделению общества на богатых и нищих; но, если для существования социального неравенства еще мыслимы какие-то чисто физические, материальные обоснования, для неравенства интеллектуального они немыслимы. В чем-чем, а в этом смысле равенство нам гарантировано от природы. Речь идет не об образовании, а об образовании речи, малейшая приближенность которой чревата вторжением в жизнь человека ложного выбора. Существование литературы подразумевает существование на уровне литературы – и не только нравственно, но и лексически. Если музыкальное произведение еще оставляет человеку возможность выбора между пассивной ролью слушателя и активной исполнителя, произведение литературы – искусства, по выражению Монтале, безнадежно семантического – обрекает его на роль только исполнителя.

В этой роли человеку выступать, мне кажется, следовало бы чаще, чем в какой-либо иной. Более того, мне кажется, что роль эта в результате популяционного взрыва и связанной с ним все возрастающей атомизацией общества, т.е. со все возрастающей изоляцией индивидуума, становится все более неизбежной. Я не думаю, что знаю о жизни больше, чем любой человек моего возраста, но мне ка-

47

жется, что в качестве собеседника книга более надежна, чем приятель или возлюбленная. Роман или стихотворение – не монолог, но разговор писателя с читателем – разговор, повторяю, крайне частный, исключающий всех остальных, если угодно – обоюдно мизантропический. И в момент этого разговора писатель равен читателю, как, впрочем, и наоборот, независимо от того, великий он писатель или нет. Равенство это – равенство сознания, и оно остается с человеком на всю жизнь в виде памяти, смутной или отчетливой, и рано или поздно, кстати или некстати, определяет поведение индивидуума. Именно это я имею в виду, говоря о роли исполнителя, тем более естественной, что роман или стихотворение есть продукт взаимного одиночества писателя и читателя.

В истории нашего вида, в истории «сапиенса», книга – феномен антропологический, аналогичный по сути изобретению колеса. Возникшая для того, чтоб дать нам представление не столько о наших истоках, сколько о том, на что «сапиенс» этот способен, книга является средством перемещения в пространстве опыта со скоростью переворачиваемой страницы. Перемещение это, в свою очередь, как всякое перемещение, оборачивается бегством от общего знаменателя, от попытки навязать знаменателя этого черту, не поднимавшуюся ранее выше пояса, нашему сердцу, нашему сознанию, нашему воображению. Бегство это – бегство в сторону необщего выражения лица, в сторону числителя, в сторону личности, в сторону частности. По чьему бы образу и подобию мы ни были созданы, нас уже пять миллиардов, и другого будущего, кроме очерченного искусством, у человека нет. В противоположном случае нас ожидает прошлое – прежде всего политическое, со всеми его массовыми полицейскими прелестями.

Во всяком случае положение, при котором искусство вообще и литература в частности является достоянием (прерогативой) меньшинства, представляется мне нездоровым и угрожающим. Я не призываю к замене государства библиотекой – хотя мысль эта неоднократно меня посещала, – но я не сомневаюсь, что, выбирай мы наших властителей на основании их читательского опыта, а не основании их политических программ, на земле было бы меньше горя. Мне думается, что потенциального властителя наших судеб следовало бы спрашивать прежде всего не о том, как он представляет себе курс иностранной политики, а о том, как он относится к Стендалю, Диккенсу, Достоевскому. Хотя бы уже по одному тому, что насущным хлебом литературы является именно человеческое разнообразие и безобразие, она, литература, оказывается надежным противоядием от каких

48

бы то ни было – известных и будущих – попыток тотального, массового подхода к решению проблем человеческого существования. Как система нравственного, по крайней мере, страхования, она куда более эффективна, нежели та или иная система верований или философская доктрина.

Потому что не может быть законов, защищающих нас от самих себя, ни один уголовный кодекс не предусматривает наказаний за преступления против литературы. И среди преступлений этих наиболее тяжкими являются не цензурные ограничения и т. п., не предание книг костру. Существует преступление более тяжкое – пренебрежение книгами, их не-чтение. За преступление это человек расплачивается всей своей жизнью; если же преступление это совершает нация, она платит за это своей историей. Живя в той стране, в которой я живу, я первый готов был бы поверить, что существует некая пропорция между материальным благополучием человека и его литературным невежеством; удерживает от этого меня, однако, история страны, в которой я родился и вырос. Ибо сведенная к причинно-следственному минимуму, к грубой формуле, русская трагедия – это именно трагедия общества, литература в котором оказалась прерогативой меньшинства – знаменитой русской интеллигенции.

Мне не хочется распространяться на эту тему, не хочется омрачать этот вечер мыслями о десятках миллионов человеческих жизней, загубленных миллионами же – ибо то, что происходило в России в первой половине XX века, происходило до внедрения автоматического стрелкового оружия – во имя торжества политической доктрины, несостоятельность которой уже в том и состоит, что она требует человеческих жертв для своего осуществления. Скажу только, что – не по опыту, увы, а только теоретически – я полагаю, что для человека, начитавшегося Диккенса, выстрелить в себе подобного во имя какой бы то ни было идеи затруднительнее, чем для человека, Диккенса не читавшего. И я говорю именно о чтении Диккенса, Стендаля, Достоевского, Флобера, Бальзака, Мелвилла и т.д., т.е. литературы, а не о грамотности, не об образовании. Грамотный-то, образованный-то человек вполне может, тот или иной политический трактат прочтя, убить себе подобного и даже испытать при этом восторг убеждения. Ленин был грамотен, Сталин был грамотен, Гитлер тоже; Мао Цзедун, так тот даже стихи писал. Список их жертв, тем не менее, далеко превышает список ими прочитанного.

Однако, перед тем как перейти к поэзии, я хотел бы добавить, что русский опыт было бы разумно рассматривать как предостережение хотя бы потому, что социальная структура Запада в общем до

49

сих пор аналогична тому, что существовало в России до 1917 года. (Именно этим, между прочим, объясняется популярность русского психологического романа XIX века на Западе и сравнительный неуспех современной русской прозы. Общественные отношения, сложившиеся в России в XX веке, представляются, видимо, читателю не менее диковинными, чем имена персонажей, мешая ему отождествить себя с ними.) Одних только политических партий, например, накануне октябрьского переворота 1917 года в России существовало уж никак не меньше, чем существует сегодня в США или Великобритании. Иными словами, человек бесстрастный мог бы заметить, что в определенном смысле XIX век на Западе еще продолжается. В России он кончился; и если я говорю, что он кончился трагедией, то это прежде всего из-за количества человеческих жертв, которые повлекла за собой наступившая социальная и хронологическая перемена. В настоящей трагедии гибнет не герой – гибнет хор.

III

Хотя для человека, чей родной язык – русский, разговоры о политическом зле столь же естественны, как пищеварение, я хотел бы теперь переменить тему. Недостаток разговоров об очевидном в том, что они развращают сознание своей легкостью, своим легко обретаемым ощущением правоты. В этом их соблазн, сходный по своей природе с соблазном социального реформатора, зло это порождающего. Осознание этого соблазна и отталкивание от него в определенной степени ответственны за судьбы многих моих современников, не говоря уже о собратьях по перу, ответственны за литературу, из-под их перьев возникшую. Она, эта литература, не была ни бегством от истории, ни заглушением памяти, как это может показаться со стороны. «Как можно сочинять музыку после Аушвица?» – вопрошает Адорно, и человек, знакомый с русской историей, может повторить тот же вопрос, заменив в нем название лагеря, – повторить его, пожалуй, с большим даже правом, ибо количество людей, сгинувших в сталинских лагерях, далеко превосходит количество сгинувших в немецких. «А как после Аушвица можно есть ланч?» – заметил на это как-то американский поэт Марк Стрэнд. Поколение, к которому я принадлежу, во всяком случае оказалось способным сочинить эту музыку.

Это поколение – поколение, родившееся именно тогда, когда крематории Аушвица работали на полную мощность, когда Сталин пребывал в зените богоподобной, абсолютной, самой природой, казалось, санкционированной власти, явилось в мир, судя по всему, чтобы продолжить то, что теоретически должно было прерваться в этих

50

крематориях и в безымянных общих могилах сталинского архипелага. Тот факт, что не все прервалось, по крайней мере в России, – есть в немалой мере заслуга моего поколения, и я горд своей к нему принадлежностью не в меньшей мере, чем тем, что я стою здесь сегодня. И тот факт, что я стою здесь сегодня, есть признание заслуг этого поколения перед культурой; вспоминая Мандельштама, я бы добавил: перед мировой культурой. Оглядываясь назад, я могу сказать, что мы начинали на пустом – точнее на пугающем своей опустошенностью месте. И что скорее интуитивно, чем сознательно, мы стремились именно к воссозданию эффекта непрерывности культуры, к восстановлению ее форм и тропов, к наполнению ее немногих уцелевших и часто совершенно скомпрометированных форм нашим собственным, новым, или казавшимся нам таковым, современным содержанием. Существовал, вероятно, другой путь – путь дальнейшей деформации, поэтики осколков и развалин, минимализма, пресекшегося дыхания. Если мы от него отказались, то вовсе не потому, что он казался нам путем самодраматизации, или потому, что мы были чрезвычайно одушевлены идеей сохранения наследственного благородства известных нам форм культуры, равнозначных в нашем сознании формам человеческого достоинства. Мы отказались от него, потому что выбор на самом деле был не наш, а выбор культуры – и выбор этот был опять-таки эстетический, а не нравственный. Конечно же, человеку естественнее рассуждать о себе не как об орудии культуры, но, наоборот, как об ее творце и хранителе. Но если я сегодня утверждаю противоположное, то это не потому, что есть определенное очарование в перефразировании на исходе XX столетия Плотина, лорда Шефтсбери, Шеллинга или Новалиса, но потому, что кто-кто, а поэт всегда знает, что то, что в просторечии именуется голосом Музы, есть на самом деле диктат языка; что не язык является его инструментом, а он – средством языка к продолжению своего существования. Язык же – даже если представить его как некое одушевленное существо (что было бы только справедливым) – к этическому выбору не способен.

Человек принимается за сочинение стихотворения по разным соображениям: чтоб завоевать сердце возлюбленной, чтоб выразить свое отношение к окружающей его реальности, будь то пейзаж или государство, чтоб запечатлеть душевное состояние, в котором он в данный момент находится, чтоб оставить – как он думает в эту минуту – след на земле. Он прибегает к этой форме – к стихотворению – по соображениям, скорее всего, бессознательно-миметическим: черный вертикальный сгусток слов посреди белого листа бумаги, видимо, на-

51

поминает человеку о его собственном положении в мире, о пропорции пространства к его телу. Но независимо от соображений, по которым он берется за перо, и независимо от эффекта, производимого тем, что выходит из-под его пера, на его аудиторию, сколь бы велика или мала она ни была, немедленное последствие этого предприятия – ощущение вступления в прямой контакт с языком, точнее ощущение немедленного впадения в зависимость от оного, от всего, что на нем уже высказано, написано, осуществлено.

Зависимость эта – абсолютная, деспотическая, но она же и раскрепощает. Ибо, будучи всегда старше, чем писатель, язык обладает еще колоссальной центробежной энергией, сообщаемой ему его временным потенциалом – то есть всем лежащим впереди временем. И потенциал этот определяется не столько количественным составом нации, на нем говорящей, хотя и этим тоже, сколько качеством стихотворения, на нем сочиняемого. Достаточно вспомнить авторов греческой или римской античности, достаточно вспомнить Данте. Создаваемое сегодня по-русски или по-английски, например, гарантирует существование этих языков в течение следующего тысячелетия. Поэт, повторяю, есть средство существования языка. Или, как сказал великий Оден, он – тот, кем язык жив. Не станет меня, эти строки пишущего, не станет вас, их читающих, но язык, на котором они написаны и на котором вы их читаете, останется не только потому, что язык долговечнее человека, но и потому, что он лучше приспособлен к мутации.

Пишущий стихотворение, однако, пишет его не потому, что он рассчитывает на посмертную славу, хотя он часто и надеется, что стихотворение его переживет, пусть ненадолго. Пишущий стихотворение пишет его потому, что язык ему подсказывает или просто диктует следующую строчку. Начиная стихотворение, поэт, как правило, не знает, чем оно кончится, и порой оказывается очень удивлен тем, что получилось, ибо часто получается лучше, чем он предполагал, часто мысль его заходит дальше, чем он рассчитывал. Это и есть тот момент, когда будущее языка вмешивается в его настоящее. Существуют, как мы знаем, три метода познания: аналитический, интуитивный и метод, которым пользовались библейские пророки, – посредством откровения. Отличие поэзии от прочих форм литературы в том, что она пользуется сразу всеми тремя (тяготея преимущественно ко второму и третьему), ибо все три даны в языке; и порой с помощью одного слова, одной рифмы пишущему стихотворение удается оказаться там, где до него никто не бывал, – и дальше, может быть, чем он сам бы желал. Пишущий стихотворение пишет его прежде всего потому, что сти-

52

хотворение – колоссальный ускоритель сознания, мышления, мироощущения. Испытав это ускорение единожды, человек уже не в состоянии отказаться от повторения этого опыта, он впадает в зависимость от этого процесса, как впадают в зависимость от наркотиков или алкоголя. Человек, находящийся в подобной зависимости от языка, я полагаю, и называется поэтом.

53

Поименно

Памяти Б.Л.Пастернака

«Правление Литературного Фонда СССР

извещает о смерти писателя,

члена Литфонда, писателя

Б.Л. Пастернака, последовавшей

30 мая сего года, на 71-ом году жизни,

после тяжелой и продолжительной болезни,

и выражает соболезнование

семье покойного».

«Литературная газета»,

2 июля 1960 г.

Разобрали венки на веники,

На полчасика погрустнели,

Как гордимся мы, современники,

Что он умер в своей постели!

И терзали Шопена лабухи,

И торжественно шло прощанье…

Он не мылил петли в Елабуге,

И с ума не сходил в Сучане!

Даже киевские «письмэнники»

На поминки его поспели.

Как гордимся мы, современники,

Что он умер в своей постели!

И не то чтобы с чем-то за сорок,

Ровно семьдесят – возраст смертный,

И не просто какой-то пасынок –

Член Литфонда – усопший сметный!

Ах, осыпались лапы елочьи,

Отзвенели его метели…

До чего ж мы гордимся, сволочи,

Что он умер в своей постели!

«Мело, мело, по всей земле,

во все пределы.

Свеча горела на столе,

свеча горела…»

55

Выписка из стенограммы

Собрания Союза писателей СССР,

исключившего Б.Л. Пастернака из своих рядов

Выступили: Записались, но

выступить не успели:

  1. Л.Ошанин
Евг.Долматовский
  1. К.Зелинский
С.Васильев
  1. В.Герасимов
М.Луконин
  1. В.Перцев
Г.Серебрякова
  1. А.Безыменский
П.Богданов
  1. Ан.Сафронов
П.Арский
  1. С.Антонов
П.Лукницкий
  1. Б.Слуцкий
С.Сорин
  1. Г.Николаева
В.Инбер
  1. В.Солоухин
И.Амегова
  1. С.Баруздин
В.Дудинцев
  1. Л.Мартынов
Р.Азаров
  1. Б.Полевой
Д.Кугультинов

 

Благополучно дожили до наших дней:

  1. Л.Ошанин
  2. А.Сафронов
  3. С.Антонов
  4. В.Солоухин
  5. С.Баруздин

56

Москва, как много…

О МОСКОВСКИХ «ВРЕМЕННЫХ ПРАВИЛАХ…»

Текст выступления на обсуждении правил, организованном клубом

«Перестройка» в Москве 8 января 1988 г.

Когда в сентябре в «Вечерке» и «Московских новостях» появились сведения о временных правилах, я обратилась к обозревателю «МН» Лошаку В., интервьюировавшему прокурора Москвы Баранова, с письмом, на которое я так и не получила ответа. А тем временем оправдались наихудшие мои прогнозы относительно роли Правил в нашей жизни. Я сформулирую вопросы, которые следует задать властям и юридическим инстанциям, даже не заглядывая в Правила; скажу о своих претензиях к самим Правилам и назову известные мне случаи как злоупотребления Правилами со стороны властей, так и нарушения властями этих Правил. Рассказывая о «случаях», я буду пользоваться устной информацией, поэтому заранее прошу простить возможнее неточности. Сознательных искажений фактов с моей стороны не будет.

1. Почему Правила, столь существенные для реализации гражданских свобод и прав, не опубликованы? Власти не воспользовались для ознакомления трудящихся с Правилами ни одним из многочисленных каналов информации: ни московской прессой (два–три интервью и глухие упоминания не дают точной информации), ни радио, ни телевидением, не расклеили бюллетени с Правилами по городу, не разослали их по предприятиям и организациям, за исключением райисполкомов и правоохранительных органов. В результате живет молва о каких-то Правилах, одной просьбы ознакомить с которыми достаточно, чтоб милиция могла и задержать человека (реальный случай), но только никто ничего не знает. Правда, способ ознакомиться с Правилами есть, я им воспользовалась: в сентябре отправилась в свой райисполком. Получить искомое оказалось непросто: кто я, да что я, да зачем мне, да это служебная инструкция, да мы не знаем, где она; да нам сейчас некогда, да зайдите в другой раз. Получила однако. Копии не дают, переписывала целый час от руки. Затруднение доступа к информации – чей это почерк? Не то чтобы запрет, но придерживание, нераспространение? Не надо быть великим графологом, чтобы узнать руку бюрократа, делающего монополию на информацию главным обеспечением свой власти.

57

Итак, первое требование: временные правила должны быть в своем подлинном виде легко доступны каждому. Более того, должны быть приложены специальные усилия по доведению их до сведения даже ленивых и нелюбопытных.

2. Второй вопрос. Почему Правила, касающиеся реализации важнейших прав, составлены Архиповым и Лебедевым и утверждены горисполкомом, но не обсуждены народом? Правила, сводящие, как я постараюсь доказать, конституционные права почти к полному нулю, приняты без обсуждения, тихо, тогда как наша замечательная Конституция всенародно обсуждалась. Прокурор Москвы сказал о Правилах: «Принятое решение лишь первое. Наверняка к нему понадобятся уточнения, дополнения» («МН». №37). Очень хорошо! Чтобы как следует дополнить и уточнить – надо, и это второе требование, – чтобы все москвичи могли высказать свое мнение по поводу Правил и внести свои предложения. В перспективе – все граждане СССР.

3. Третий вопрос. Правила именуются временными, но срок их я: действия не указан. Снова знакомый почерк. Сколько временных мер оказалось вечными? Итак, срок их действия должен быть оговорен.

4. Временные правила принимаются в разных городах сразу после того, как массы просыпаются от апатии и высказывают свою волю, не всегда дисциплинированным образом. В этом смысле Правила, действительно, порождение перестройки. Но весьма своеобразное : события вокруг Англетера – в Питере появляются Временные Правила; демонстрация крымских татар на Красной площади – Временные правила в Москве; волнения в Уфе в связи с экологической ситуацией – в конце ноября – тут же Временные правила; митинги в Свердловске с требованием опубликовать стенограмму октябрьского пленума ЦК – принятие Временных правил для Свердловска. Странная картина: суматошные, всякий раз вдогонку действия. Словно есть надежда, что массы проснутся не везде. Но нет Конституции Москвы или Уфы. В сущности, с местными условиями связаны лишь названия тех городских улиц и площадей, на которых ввиду их транспортной загруженности или по иным причинам следует исключить проведение массовых мероприятий. В остальном Правила должны бы быть идентичны повсюду, ибо конституционные права свердловчан не могут отличаться от таковых у ленинградцев. Отсюда четвертое требование: Правила проведения массовых мероприятий, в которых оговорено право местных властей исключать некоторое территории, должны быть приняты Верховным Советом СССР, а затем республик, а обжалование решений властей должно происходить в этих высших инстанциях,

57

а не на уровне исполкомов, раз уж Конституционного суда у нас нет.

Теперь о несовершенствах самих Правил.

Возьмем пункт 1.1. Действию правил, а это подзаконный акт, далее не конкретизируемый, подпадают определенные и «иные» мероприятия, в определенных и «других» общественных местах. Что скажете о футбольном или хоккейном матче на пустыре, который соберет толпу болельщиков, о пении и плясках где-нибудь в парке или на набережной, о толпах на Пасху вокруг церкви? А если в скверике сидят доминошники и шахматисты, а кругом сочувствующие? Если художник рисует пейзаж, а любопытным охота посмотреть? Если в Тимирязевском лесу под гармошку пляшут по воскресеньям переселенцы из деревни? Особую пикантность Временные правила приобретают в столкновении с вечностью. В самом деле, похороны – это массовое мероприятие, проходящее в общественных местах с произнесенном речей (траурный митинг), собирающее иногда толпы людей, как похороны Твардовского или Высоцкого, или трагическое, с жертвами, как похороны Сталина. И никто не может назвать «примерное число участников», а главное, «за семь дней» – вот гротескная гримаска бюрократического идиотизма, когда он сталкивается с неподсудным ему законом природы – за семь дней подать заявление о похоронах в райисполком может только убийца или самоубийца.

Как сказал прокурор Москвы Баранов все в том же интервью, «не всё нуждается в предварительной регламентации». Конец цитаты, товарищи! Это, вообще говоря, очень приятно. Но хотелось бы все же уточнить, что именно «не нуждается». Так одно и то же дело – сбор подписей под обращением в высокие инстанции – было расценено начальником общего отдела надзора прокуратуры Москвы как дело вполне законное. Этот случай с вахтой социальной защиты музеев МГРИ на проспекте Маркса. А вахта сбора подписей за создание Мемориала жертвам беззакония и репрессий, по мнению прокурора Киевского района Москвы, эти Правила нарушала. Надо сказать, что обе вахты организовал один и тот же человек по одной и той же схеме: сперва вахту, оказавшуюся законной, а потом такую же, оказавшуюся уже незаконной: все ее участники, даже сочувствовавшие и фотографировавшие, должны заплатить 50 рублей штрафа, и по месту их работы были направлены компрометирующие письма. Так в общественном ли порядке дело? Итак, в Правилах должно быть указано, что такое массовое мероприятие, что такое вообще мероприятие, кто является участниками его, идут ли в счет случайные прохожие? Если два–

59

три человека подходят и ставят подписи, но за три часа их будет несколько сотен – это массовое мероприятие или нет? Вот обвинение, предъявляемое двум–трем сборщикам подписей, – «собирали толпу». Что такое толпа? А толпы на автобусных остановках и у магазинов? Они, случается, мешают уличному движению, да и по содержанию это, так сказать, демонстрация дефицита и плохой работы транспорта.

И Моссовет, и органы внутренних дел отказываются письменно подтвердить, что пикет из двух –трех человек – это массовое мероприятие, подлежащее регламентации временными правилами. Однако пикеты запрещают со ссылкой на эти Правила. Правила применяют к гитаристам и чтецам, к защитникам архитектурных памятников от сноса – иногда применяют с собаками (объединение «Слобода»). Исключение составляют безмолвные портретисты на Арбате.

Теперь о так называемых «других местах». Как мне стало известно, заместители районных прокуроров предлагали некоторым участникам проходившего в Москве международного семинара по гуманитарным проблемам расписаться в том, что им известно: семинар, проходивший на частных квартирах, запрещен согласно Временным Правилам. Каково? Правила, оказывается, распространяются, если это угодно властям, и на частные квартиры.

Еще о территориях. Демонстрации и другие мероприятия в центре Москвы следует, согласно Правилам, исключить из-за уникальных памятников архитектуры, истории, культуры, из-за музеев, театров, концертных залов, торговых центров, посещаемых москвичами и гостями столицы, однако территории, обозначенные в Правилах, исключают не только такие места, но и все общественно значимые, где находятся ЦК КПСС, Моссовет, Генеральный штаб, Комитет государственной безопасности, гостиницы для иностранцев. В Правилах используется превосходная формулировка: «и на прилегающих территориях»! Исключение этих территории предполагает оградить начальственный взор от черни, то есть наших замечательных советских людей. В этом выражается крайнее недоверие всякой инициативе снизу; по мнению Моссовета, она не может, даже если ее придется разрешить, быть «приличной, хорошей, красивой», ее надо как-нибудь с глаз долой.

Специальный корреспондент «Литературной газеты» пишет о событиях в Уфе 28 ноября: «Выход граждан на улицы, санкционирован он или нет, в любом случае – факт чрезвычайный. Невольно возникает вопрос: не полезнее ли для дела предупредить эмоциональный всплеск людей?» Корреспондент, видимо, забыл, что горожане выходят улицы 1-го мая

60

и 7 ноября, причем идут по всем запрещенным для инициативы снизу территориям стотысячными толпами, и это не угрожает ни памятникам, ни музеям, ни концертным залам. В октябре на всех «запрещенных территориях» проходил праздник Москвы. В том, что центр города исключен для мероприятии по инициативе снизу, соединилось непереносимое барство – простонародью неча казать свои чумазые рожи пред светлы господские очи – и в то время страх начальства, которое вдруг осознало, что его, начальства, мало, а населения, напротив, много.

Конечно, есть такие места, где тротуары узкие, а машин много, есть больницы, возле которых хорошо бы не шуметь, надо, наверное, чтоб были и такие уголки города, например, Ботанический сад, где можно рассчитывать на тишину и покой. Но права государственных органов и населения на социально, исторически и символически значимые городские территории, на знаменитые площади, на подножия памятников великим людям не должны быть разными. Москва принадлежит москвичам, а не пассажирам черных «волг».

Теперь о сроках. Необходимость подавать заявления за неделю исключает оперативную и спонтанную реакцию как протеста, так и поддержки, парализует волеизъявление низов, не объединенных организационно граждан. Щербаковские палаты, несомненно, были бы снесены, если бы на пикетирование и защиту палат от бульдозеров нужно было бы за неделю получать разрешение. Если граждане, клуб, организация намерены провести мероприятие, направленное против действий их райисполкомов, то кем надо быть, чтобы рассчитывать на их разрешение? Разве в один миг в этих учреждениях исчезли бюрократизм и коррупция?

Итак, по настоящим правилам население целого микрорайона в десятки и сотни тысяч жителей не может стихийно собраться даже перед собственным райисполкомом или в собственном дворе, ибо кто-то, согласно пункту 4.2, должен взять на себя ответственность за это – ответственность за соблюдение общественного порядка со стороны участников на месте проведения мероприятия возлагается на «его организаторов». Жители дома или улицы, выпускники какого-нибудь учебного заведения, родители лежащих в больнице детей и тому подобные, окказиальные или постоянные, как наименьшиства, группы, не имеющие организации, ИМЕННО ПОЭТОМУ и должны иметь гарантированное право без препятствий публично и в нужный момент выражать свою волю. Предлагаю сравнить требование, чтобы кто-то из инициаторов отвечал за соблюдение общественного порядка, с подоб-

61

ными требованиями к стоящим на мавзолее во время праздничной демонстрации. Вопиющее неравноправие – вот о чем говорят Временные правила. Конституционные свободы – прерогатива властей, – вот что они нам продемонстрировали. Никакие хулиганские выходки во время официальных демонстраций не являются поводом прекратить демонстрацию, задерживают самих хулиганов. А пункт 4.3 Временных правил предписывает прекратить мероприятие по требованию представителей власти, если они сочтут, что во время законного мероприятия не соблюдается общественный порядок. Если бы Правила были созданы в целях обеспечения этого порядка, то работники милиции должны были бы его охранять, это их служебный долг. Но фактически охрана порядка и ответственность за него возложены на самих организаторов, а милиции остается лишь пресекать неугодное, то есть все идет по формуле: «Сообщите нам, где нам вас разгонять».

Далее сама необходимость просить разрешение мне кажется неправомерной: во взаимоотношениях между общественностью и властью, ею избранной, речь может идти о СОГЛАСОВАНИИ условий. Городские власти и трудящиеся, как равноправные партнеры, договариваются о проведении мероприятий, а не одни просят разрешения у других. Хочу заметить, что в вопросе о сроках подачи заявления интервью прокурора Баранова расходится с текстом Правил. Журналист спросил, не слишком ли велик срок в семь дней. По мнению прокурора семь дней – срок предельный, а как правило разрешение будет даваться за три дня. Ну, а само-то мероприятие может быть проведено сразу же после получения разрешения? Ведь в правилах ясно сказано (пункт 2.4), что заявление подается не менее чем за семь дней от предполагаемой даты. Баранов считает, что политическая зрелость руководителей проявится в ускорении сроков рассмотрения заявлений. Что происходит на деле, показывают ситуация в Свердловске… Люди собрались на митинг и постановили собраться еще раз через неделю. Немедленно оказались принятыми правила с десятидневным сроком подачи заявления, обрекавшие запланированное мероприятие на незаконность. Я полагаю, что три дня – вполне достаточный срок, чтобы подготовиться к мероприятию, не требующему переноса транспортных маршрутов и тому подобного. Думаю, надо предусмотреть в Правилах и такие формы публичных обращений граждан к гражданам, которые вообще не требуют никаких согласований, а только уведомления властей.

Как показала практика, власти в ряде случаев не соблюдают правила о письменном характере отказа или разрешения (пункт 2.6).

62

Так, тов.Лукьянчнков, заворготделом Моссовета, отказался выдать такой отказ письменно «во избежание распространения провокационных слухов». Нарушается и требования пункта 3.1 об обосновании отказа. Фраза «не считаем целесообразным» не может служить обоснованием. Поэтому в правилах должны быть перечислены основания для законного отказа гражданам в их конституционном праве, дабы не оставлять этот важнейший вопрос на чье-то усмотрение. За отказ дать письменное разрешение и письменно обоснованный отказ работники исполкома должны нести ответственность, и санкции к ним должны быть предусмотрены в Правилах. Власти нарушают и свой собственный запрет на территории. 10-го декабря на Пушкинской площади состоялось нечто разрешенное и так плотно оцепленное милицией, что демонстранты показывали свои плакаты в основном милиционерам. Но ведь по Правилам Пушкинская площадь исключена?!

Дезориентированная милиция, которая, от рядового до полковника, Правил не знает, а только наслышана, как и все, поступает так: хватает всех, кто ведет себя необычно. Разумеется, никто не трогает доминошников или траурную процессию, Временные правила обрушились именно на то, что пришло в нашу жизнь с перестройкой, с попытками демократизации, самодеятельностью масс, свободным обращением одних людей к другим. Мне говорят, что и на Западе есть демонстрации, пикеты, митинги, собрания, и все это как-то регламентировано, чего, мол, вы хотите. Хочу, чтоб у нас было лучше. Нам внушали год за годом, что буржуазная демократия существует главным образом для обмана трудящихся, а теперь предлагают взирать на нее, как на сияющую вершину, недостижимый образец. Правила нужны нам, это неоспоримо, меня не надо убеждать в том, что толпа – и разъяренная, и напуганная – вещь крайне опасная, но в настоящем своем виде Правила реакционны. Это не что иное, как законоподобная декорация, весьма аляповатая, грубо сработанная для все той же полицейской дубинки.

Инна Брагинская

63

Временные правила организации и проведения собраний, митингов, уличных шествий, демонстраций и иных мероприятий на улицах, площадях, проспектах, в парках, садах, скверах и других общественных местах г. Москвы.

Приложение к решению исполкома

Моссовета от 2 августа 1987 г № 2075

I. Общие положения

1.1. Настоящие правила определяют порядок организации и проведения собраний, митингов, уличных шествий и иных мероприятий на улицах, площадях, проспектах, в парках, садах, скверах и в других общественных местах г. Москвы.

    1. Собрания, митинги, уличные шествия, демонстрации и иные мероприятия проводятся в соответствии с требованиями Конституции СССР и Конституции РСФСР, а также советских законов, направленных на обеспечение прав и законности в интересах законных интересов гражданского, государственного и общественного порядка, соблюдения правил социалистического общежития, норм морали и нравственности.
    2. Правила являются обязательными для руководителей и работников государственных предприятий, учреждений, организаций, а также руководителей и членов массовых общественных организаций, добровольных обществ и проч.

II. Порядок выдачи разрешения

2.1. Разрешение на предоставление трудящимся и их организациям зданий, улиц, площадей, проспектов, парков, скверов и других общественных мест с определенным временем для проведения собраний, митингов, уличных шествий и иных мероприятий выдается председателями исполкомов соответствующих Советов народных депутатов в письменной форме.

При проведении мероприятия на территории одного района разрешение выдается исполкомом райсовета, двух и более районов – исполкомом Моссовета.

Принимая во внимание, что в центральной части города Москвы расположены уникальные памятники архитектуры, истории, музеи, концертные залы, крупные торговые предприятия, посещаемые многочисленными посетителями, гостями столицы, советскими и зарубежными туристами, а также большую насыщенность центральных улиц и площа-

64

дей городским автомобильным транспортом, учитывая пожелания граждан, исключить проведение собраний, митингов, уличных шествий, демонстраций и иных массовых мероприятий на Красной площади и территориях, прилегающих к Московскому Кремлю, на площадях Советской, Пушкинской, Старой, Новой, Арбатской, им.50-летия Октября, Свердлова, Дзержинской, Маяковского, Белорусского вокзала, улиц Горького, проспектах Маркса, Калинина и прилегающих к ним территориях, где такие мероприятия могут проводиться по решению органов государственной власти и управления.

    1. За разрешением могут обратиться: руководители государственных предприятий, учреждений и организаций, а также общественных и кооперативных организаций, любительских обществ, клубов, секций и т.п., отдельные граждане.
    2. Заявление о предоставлении места и времени для проведения мероприятия подается в письменной форме и должно содержать:

2.3.1. Точное наименование государственной, общественной, кооперативной организации, любительского общества, клуба, секции

и т.п.

      1. Цель, форму, место или маршруты движения, время начала и окончания проведения мероприятия, примерное количество участников.
      2. Обязательство соблюдать при проведении мероприятия положения Конституции СССР и Конституции РСФСР и другие законодательные акты, а также настоящие Правила.

2.3.4. Подписи уполномоченных лиц, их адреса и дату подачи заявления.

В случае подачи заявления отдельным лицом в дополнении к п.п. 2.3.2, 2.3.3, 2.3.4 указываются: фамилия, имя, отчество (полностью), год и месяц рождения, место жительства и работы.

К заявлению в необходимых случаях прилагаются смета расходов на проведение мероприятия, источники и порядок их покрытия. По предложению исполкома Моссовета народных депутатов организаторы мероприятия представляют другие сведения, необходимые для обеспечения нормального проведения данного мероприятия (об организации движения транспорта, освещения и т.п.).

    1. Заявление подается в соответствующие исполкомы Советов Народных депутатов не менее, чем за 7 дней до предполагаемой даты проведения мероприятия, рассматриваются председателем исполкома, как правило, в трех дневный срок.

2.5. Председатель исполкома Совета народных депутатов рассматривает заявление и при положительном решении обеспечивает необхо-

65

димые условия проведения мероприятия.

2.6. О выдаче разрешения или отказе в его выдаче письменно уведомляются заявитель и соответствующие службы городского хозяйства.

2.7. Разрешение на проведение мероприятия действительно на период указанного в нем срока и времени.

III. Порядок обжалования отказа в выдаче разрешения

3.1. Отказ в выдаче разрешения должен быть обоснованным.

3.2. Отказ может быть обжалован в 10-дневный срок в соответствующем исполкоме Советов народных депутатов и в вышестоящем исполкоме, решение которого является окончательным.

IV. Порядок проведения мероприятия

4.1. Организаторы мероприятия проводят его в сроки и в месте, указанном в разрешении, а также в соответствии с упомянутыми в заявлении целями и в обусловленной форме.

4.2. При проведении мероприятий его организаторы и участники обязаны подчиняться требованиям представителей власти, органов внутренних дел и добровольных народных дружин, обеспечивающих соблюдение государственного и общественного порядка, противопожарных правил и правил дорожного движения, соблюдать чистоту, бережно откоситься к социалистической собственности.

Ответственность за соблюдение общественного порядка со стороны участников на месте проведения мероприятия возлагается на его организаторов и лиц, обеспечивающих его проведение.

4.3. Мероприятие должно быть прекращено по требованию представителей власти в случае нарушения предусмотренного настоящими Правилами порядка проведения, возникновения опасности для жизни и здоровья граждан, нарушения нормального функционирования транспорта и других служб городского хозяйства.

V. Возмещение расходов

5. Расходы, связанные с проведением мероприятий и предусмотренные сметой, несут, как правило, его организаторы.

VI. Ответственность за соблюдение правил

6.1. Лица, совершившие правонарушения в период подготовки и проведения собраний, митингов, уличных шествий, демонстраций и иных мероприятий, подлежат ответственности в соответствии

66

с соответствующим законодательством.

6.2. Материальный ущерб, причиненный государству или гражданам во время проведения мероприятий их участниками, возмещается в установленном законом порядке.

67

Подробности письмом

ПИСАТЕЛИ АФИШ

В кинотеатре «Титан», что на Невском, 23 января, в субботу, в 18.00 состоялось собрание общества «Милосердие». Видимо, хлопот было столько, что писатель Гранин, возглавляющий это движение, забыл или не успел просмотреть подготовленную по этому случаю афишу. Ознакомься он с ее текстом загодя, уверен, весь тираж пошел бы под нож. К великому зрительскому, да и гранинскому, думаю, изумлению, писатель объявлялся в ней «возродителем» идеи милосердия.

Неблагодарный это труд – с благословления составителей афиш возрождать то, что никогда не умирало. Я не стану в подробностях говорить о десятивековой проповеди милосердия у нас на Руси, о том, что даже в послереволюционное кромешье существовали у нас и Американская администрация помощи, и Российско-американский комитет помощи детям – благотворительные организации, в которых служили русские священники. Остановлюсь лишь на недавних годах. На том времени, когда считалось, что нищих, обездоленных, оставленных без помощи у нас нет и быть не может и что лучше проситель ничего не получит в собесе, чем хоть что-то – в баптистской общине, от частного фонда, лица.

А их было много – и религиозных групп, и частных лиц, творящих добро. Академик Андрей Сахаров, подвижник, величайшей души человек, отец Глеб, яростный, аввакумовского толка проповедник и делатель добра, даже газету подпольно издававший со скорбными списками-столбцами, и евангельские общины, где благотворительность всегда была неотъемлемой частью веры и жизни. Список велик, и значительная часть его посмертна. Кто покоится под скромными деревянными крестами или холмиками земли, а кто и под столбиками лагерными – номер – и только, другие умерли для Родины, покинув ее. Надеюсь, Гранин помянул их всех на своем вечере, выправляя постыдную ошибку сочинителя афиши. Я просто убежден в этом, хотя сам и не слышал.

Меня в зал не пустили. Не оказалось билета. А жаль, хотелось поучиться, побольше узнать – как-никак, а я отдал благотворительности двенадцать лет жизни.

Г.Крылов

68

Мнение

И СКАЗАЛ ОН, ЧТО ЭТО ХОРОШО…

Раньше Идолу приносили кровавые жертвы. Теперь от жертв решили отказаться, а вот от идола пока не решаются. Только имя ему меняют время от времени. Чьи портреты на демонстрациях несут, чье имя склоняют во всех газетах, во всех теле- и радиопередачах?

Чехарда портретов на все вкусы, и на всех одно и тоже лицо – Михаил Сергеевич. Да что мы его в лицо не знаем, что ли? Или, почти по Гашеку: «каждый чех должен иметь возможность повесить дома августейшего монарха…» Но ведь у Гашека «старец-монарх» под конец пошел со скидкой…

Даже западные журналисты заразились – гласность и перестройку приписывают только Горбачеву… А остальные что? Стадо баранов? Пришел новый пастух, щелкнул по носу самым резвым, и все послушно повернули на девяносто градусов… Человека не видно – осталось только имя. Имя, превращенное в ходовой товар. Причем неважно чье. Раньше все молились, повернувшись лицом к востоку: «О-о-о Леонид Ильич», «О-о-о Иосиф Виссарионович», теперь, развернувшись на 180°, «О-о-о Михаил Сергеевич». И при этом и вчера, и сегодня: «О-о-о Владимир Ильи».

Жонглирование именами, понятиями, категориями приводит их к девальвации и отнюдь не служит интересам общества. «СЛАВА КПСС», «ПЕРЕСТРОЙКА – ПРОДОЛЖЕНИЕ ОКТЯБРЯ»… Много ли дают нам слова, не подкрепленные реальным делом? Если в магазине много калош – это приводит не к поголовному огалошиванию, а к падению цен на галоши.

«Времена меняется, и мы меняемся вместе с ними», – гласит старая мудрость. Но похоже, вторая часть этого афоризма потеряла свою актуальность. Становится не по себе, когда читаешь в газете о том, что Закон о молодежи получил поддержку Генерального секретаря ЦК КПСС и спорить больше не о чем… Или о том, что семь ленинградских предприятий, перешедших на хозрасчет, не выполнили план по прибыли…

Понятия не отменяют, их маскируют под «новые веяния» и выдают за выражение воли общества. Был план – стал госзаказ, была продразверстка, теперь – продналог. Но новые культовые служители так же не любят, когда их обвиняют в попытках сохранить какие-то старые, «наследственные» привилегии. Ко всем противникам моментально

69

приклеивают ярлык «враг перестройки» или «противник гласности». Если Ельцин действительно «такой-сякой-разэтакий», то напечатайте его доклад на октябрьском пленуме ЦК КПСС, мы почитаем и успокоимся. А может и не успокоимся. Всевозможные заявления, что это, мол, внутреннее дело Московской парторганизации и ЦК (см, например, «Вестник МИД СССР». №9, 1987), не спасают от волны слухов и предположений. Если речь заходит о перестановках и снятиях «на самом верху», то никакие разговоры о «келейности» событий не заменят стенографического отчета о событиях.

ОкКУЛЬТизм достиг своего апогея. «Гласность» и «перестройка», слова, а не дела, превратились в своего рода предохранительный клапан. Народу как бы кинули кусок и добавили: «Ешьте, и не забывайте, кому вы этим обязаны…»

И все, упиваясь собственной смелостью, накинулись на полуистлевший в слухах и пересудах труп Сталина: «Ну он и паразит, Слава КПСС». А очередной улыбчивый комментатор поднимет вверх палец и провозглашает: «И сказал ОН, что это хорошо!»

Не потеряли мы веры в «доброго царя-батюшку», то бишь Генсека, именно веру. До сих пор в нашем сознании превалирует мнение, что именно должность красит человека. Когда прекратится это бессовестное обожествление, не делающее чести ни обожествляемому, ни обожествляющему. Грань еще не переступили, как в тридцатых, но постоянное балансирование между излишним превознесением и низведением имени до кича может привести к печальному концу, или к новому культу личности, или же к беспробудному цинизму. И то, и другое означает конец нашей культуры.

Р.Игнатьев

70

ВАЖНЫЕ СООБЩЕНИЯ

I

Мы получили приятное известие. В мае 1988 года в Сан-Франциско откроется выставка 22-х художников, среди которых большую часть занимают работы членов ТЭИИ, а также работы «новых» художников, экспрессионистов, реалистов.

Организованная Барбарой Хазард, [фрагмент текста утрачен] выставка также будет экспонироваться в залах некоторых американских университетов.

Приходится только сожалеть, что идея Барбары об обмене выставками не нашла отклика в наших самых высоких инстанциях (в том числе, в Министерстве культуры, в Фонде культуры, В Союзе художников) и все картины для выставки Барбаре пришлось покупать за свой счет.

В который раз народная дипломатия оказывается действеннее дипломатии официальной.

II

Кооперативное издательство в Таллинне

29 апреля состоялось учредительное собрание издательского кооператива «Купар ». Решением исполкома г. Таллина от 10 июня зарегистрирован при Союзе писателей ЭССР Устав кооператива, которому предоставлены все права.

Регистрация устава заняла около 2-х месяцев.

Члены-учредители – их 7 человек – известные в Эстонии писатели. В начале планируется издание главным образом книг членов кооператива, но его устав позволяет также издание и других авторов. Планы во многом зависят от типографских возможностей.

На первом общем собрании было принято решение: часть фонда кооператива будет использована на единовременные годовые стипендии литераторам, а также на проведение семинаров, пропаганду литературы и др. издания.

Первая стипендия на сумму 6 тыс. рублей выделена Хандо Руннель на продолжение работы по исследованию и публикации эстонского литературного наследия.

По материалам газеты

«Серп и молот», Таллинн

71

III

ОБЪЯВЛЯЕТСЯ ПОДПИСКА

на сочинения ПЕТРА КОЖЕВНИКОВА (литературное приложение к журналу «Меркурий»)

Сборник включает в себя повесть «Мелодии наших дневников», которая была опубликована в альманахе «Метрополь» (1979, Ардис, Мичиган), рассказ «Аттестат» (опубликованный в сб. «Круг», 1985, ЛО Сов.пис.), а также другие произведения, в разное время украшавшие собой «Часы», «Обводный канал» и «Митин Журнал».

Ориентировочная стоимость – 12 руб.

С заявками обращаться в редакцию «Меркурия»

________________________________

Ленинград, 197227, а/я 337

Редактор – Елена Зелинская

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

banner