Интервью с Михеевым В.Л. — начальником Академии имени Макарова

ЗЕЛИНСКАЯ: Здравствуйте, у нас в гостях начальник Академии имени Макарова – Валерий Леонидович Михеев. Здравствуйте, Валерий Леонидович!

МИХЕЕВ: Здравствуйте!

ЗЕЛИНСКАЯ: Спасибо большое, что Вы пришли к нам в гости, тем более, что время для вас сейчас занятое: вы, наверное, готовитесь к юбилею? Вот у меня в руках книга, которую Вы мне так любезно преподнесли, книжка, она называется – прочтем ее еще разок – «От мореходных классов до морской академии», книжка издана, наверное, к юбилею. Сколько лет исполняется академии?

МИХЕЕВ: В этом году в мае исполнилось сто тридцать пять лет Государственной морской академии. Она была образована в 1876 году указом Императора Александра Второго, тогда они назывались «мореходные классы», и далее была переименована уже в Академию Макарова, такое имеет название на сегодняшний день.

ЗЕЛИНСКАЯ: Угу. Вот что такое самое, может быть, яркое, что случилось в истории академии или мореходных классов? Ну, какой-то яркий эпизод.

МИХЕЕВ: Ну, наверное, эпизодов за сто тридцать пять лет, было ярких, очень много…

ЗЕЛИНСКАЯ: …не сомневаюсь! Ну, что-нибудь!

МИХЕЕВ: Ну, если что-то рассказывать яркое, это, наверное, прежде всего наше парусное судно «Мир», которое на сегодняшний момент является символом морской столицы, символом нашего города, символом культурной столицы и символом нашей морской державы – России. И это судно на самом деле – красивейшее судно. И два года назад оно участвовало в «Алых парусах». И вот проход под мостами, это практически, наверное, сантиметр от мачт до опоры каждого моста…

ЗЕЛИНСКАЯ: …а вы на этот праздник и паруса в алый цвет перекрашивали или все-таки с белыми парусами шли?

МИХЕЕВ: Нет, паруса у нас были алые. Но паруса были не наши родные, потому что родные паруса, если поднять – большая парусность, и судно можно просто оторвать за счет ветра, а алые паруса нам установили город.

ЗЕЛИНСКАЯ: Кто же был в качестве капитана Грея?

МИХЕЕВ: Ну как всегда у нас — губернатор города, Валентина Ивановна Матвиенко.

ЗЕЛИНСКАЯ: Она была сама на…

МИХЕЕВ: …на паруснике она не была…

ЗЕЛИНСКАЯ: …а кто был на паруснике, кто вел судно в этот день?

МИХЕЕВ: В этот день судно уже стояло напротив Эрмитажа, на судне находился, естественно, и капитан, на судне находился и я, это было определенное представление самого праздника «Алых парусов».

ЗЕЛИНСКАЯ: А Валентина Ивановна стояла на берегу с платочком и кричала: «Я здесь, я здесь!» Да? Очень трогательно!

МИХЕЕВ: На (…..???) присутствовали наши руководители страны, на своих катерах.

ЗЕЛИНСКАЯ: Невероятно романтично, конечно.

МИХЕЕВ: Ну, конечно, красивое зрелище. Ну проход этого судна, оно не приспособлено, слишком большое. Надо, конечно, какое-то судно чуть поменьше.

ЗЕЛИНСКАЯ: Вот, извините, конечно, за такой, может быть, вопрос глупый: «Оно действующее судно? Вот реально на нем можно плавать по морям и океанам?»

МИХЕЕВ: Судно действующее. Да, мы приглашаем в город наше правительство Санкт-Петербурга, депутатов, чтобы они вышли в рейс на паруснике. Это очень красивое зрелище. В конце апреля судно вышло в море, там на борту девяносто два курсанта. И дополнительно в Гамбурге (это Германия) на борт сядут курсанты из других стран мира.

ЗЕЛИНСКАЯ: Угу.

МИХЕЕВ: В прошлом году было двадцать шесть национальностей на борту парусника «Мир». Всего вместе с экипажем – сто девяносто девять человек.

ЗЕЛИНСКАЯ: Практически Ноев ковчег, а не парусник.

МИХЕЕВ: Да, вот у нас такая идея есть интересная, которую мы сейчас вот предложили министру, министерство поддержало нашу идею, чтобы парусник «Мир» на Олимпийских играх внес огонь Олимпийских игр именно на паруснике «Мир» в Сочи. Это будет очень красивое зрелище. А на мачту можно поставить курсантов разных стран мира, участниц Олимпийских игр в их национальной одежде…

ЗЕЛИНСКАЯ: …в форме.

МИХЕЕВ: …нет, не в форме, я думаю, красивее бы было…. Можно и в форме, но, на мой взгляд, в связи с тем, что это Олимпийские игры, интересней было бы в национальных флагах сделать одежду, тем более название символичное – «Мир».

ЗЕЛИНСКАЯ: Валерий Леонидович, ну в общем, да. Я представляю себе, конечно, это, значит, нужно там так далеко паруснику плыть, чтобы попасть в Сочи, да?

МИХЕЕВ: В Грецию, а из Греции переход восемь суток. С Олимпийским огнем…

ЗЕЛИНСКАЯ: Красиво!

МИХЕЕВ: Это будет, во-первых, уникально, все-таки морская держава…

ЗЕЛИНСКАЯ: …ну да…

МИХЕЕВ: …и необязательно доставлять спортсменами, которые бегут с Олимпийским факелом.

ЗЕЛИНСКАЯ: Валерий Леонидович, а мы по-прежнему морская держава?

МИХЕЕВ: Ну хотелось бы в это верить.

ЗЕЛИНСКАЯ: Ну а объективно, если без веры, а по фактам?

МИХЕЕВ: Если, конечно, по фактам, то нам нужно, конечно, строительство и нашего гражданского флота, и нашего военного флота. Я сам, когда начинал свою трудовую деятельность, было Балтийское пароходство в Санкт-Петербурге (тогда в Ленинграде), был большой флот до того Балтийского пароходства. Сейчас, наверное, во всем Российском флоте меньше судов, чем в Балтийском под российским флагом.

ЗЕЛИНСКАЯ: Ну и вот на мой вопрос-то….

МИХЕЕВ: Хотелось бы дожить до того момента, когда у нас снова будет свой большой флот.

ЗЕЛИНСКАЯ: Понятно. Но хорошо, вот в вашей академии вы готовите кадры для флота, а соответствует количество тех вот молодых людей, которые закончат образование у вас, возможностям служить, которые флот может предоставить им сейчас?

МИХЕЕВ: Ну у нас на сегодняшний момент, я бы сказал, что 99,99 процента, если считать по трудоустройству наших выпускников. Но, к сожалению, наши выпускники идут не только на российский флот, но они востребованы во всем мире. Два года назад мы взяли специализацию для подготовки кадров для нефтегазодобывающей отрасли. И на сегодняшний день, наверное, потребность в наших выпускниках больше именно даже не в торговом флоте, а больше в нефтегазодобывающей отрасли.

ЗЕЛИНСКАЯ: То есть ваша академия готовит моряков для торгового флота, для исследовательского, как я понимаю, так?

МИХЕЕВ: Да.

ЗЕЛИНСКАЯ: …и для…

МИХЕЕВ: …буровых на шельфе.

ЗЕЛИНСКАЯ: А где же там-то моряки? Там же родину бурят другие специалисты.

МИХЕЕВ: Нет, это уже старое представление, что существует, потому что на сегодняшний момент бурильщик, который на буровых платформах, — это инженер, который не держит бур в руках, он сидит за компьютером, у него масса джойстиков и несколько экранов наподобие телевизоров, но они компьютерные экраны и он управляет этим буром, который бурится там пятьсот метров, пять километров, который уже бурится не просто вниз, а может бурить по синусоиде и еще как-нибудь вверх, вниз. Техника уже, прогресс скакнул очень далеко.

ЗЕЛИНСКАЯ: Ну где ж там место паруснику тогда?!

МИХЕЕВ: Парусник это отдельно…

ЗЕЛИНСКАЯ: …зачем тогда вам учить ваших курсантов подымать паруса, тем более алые, если им потом нужно будет сидеть за компьютером и, значит, добывать нефть? Скучно даже как-то!

МИХЕЕВ: Ну наш флот, наши платформы – это объекты очень высокой ответственности, высокой опасности, и малейшая ошибка экипажа, либо это будет нефтяная платформа, либо это будет газовоз, либо танкер, это кроме того, что это человеческие жизни, это может быть большая экологическая катастрофа на весь мир.

ЗЕЛИНСКАЯ: Ну, мы недавно наблюдали в Мексиканском заливе такую катастрофу, последствия которой, по-моему, до сих пор еще не до конца-то и поняты и обсчитаны, так ведь?

МИХЕЕВ: Да, и вот ошибка одного выпускника может стоить просто колоссальной катастрофы для всего мира!

ЗЕЛИНСКАЯ: Но ваши выпускники не ошибаются?

МИХЕЕВ: Нет, слава Богу, наши выпускники востребованы во всем мире, их с удовольствием берут иностранные компании…

ЗЕЛИНСКАЯ:…а какие у вас специальности там?

МИХЕЕВ: У нас специальности, из плавательных специальностей это у нас штурмана, механики, электромеханики, радисты. У нас есть Арктический факультет, который готовит специалистов для Арктики. Как есть и экономический, и юридический, но там мы специализируемся только на морском праве, все, что связано с морем. А уже непосредственно юристов, которые нужны на берегу, и у нас есть хорошие учебные заведения, которые готовят, мы на это не претендуем, мы только берем морскую составляющую.

ЗЕЛИНСКАЯ: Вот ваша академия не то, что не жалуется, а, наоборот, у вас всегда есть приток абитуриентов, молодых людей, которые хотят учиться вот этим специальностям; известный факт, что военно-морские училища и другие военные училища, напротив, испытывают недобор абитуриентов и соответственно курсантов, так?

МИХЕЕВ: Наверное, это не совсем правильно, просто за последние два или три года не было набора в высшие военно-морские училища.

ЗЕЛИНСКАЯ: Почему?

МИХЕЕВ: Это надо вопрос к Министерству обороны.

ЗЕЛИНСКАЯ: Ну как Вы считаете, Ваше видение?

МИХЕЕВ: Ну, как говорят, идет новое формирование военное Министерства обороны, новый образ военного, и они считают, что надо изменить переподготовку военных. И в этой связи мы предложили определенное такое решение, что мы готовы где-то как бы на три-четыре года готовить гражданских специалистов, а потом, если эти специалисты нужны военно-морскому флоту, они могут их уже у нас забрать, предложить какие-то условия, на которых они пойдут на военный флот. Это будут хорошо подготовленные специалисты, потому что за время обучения у нас в академии у нас только двенадцать месяцев плавательной практики, что не дает ни одно военно-морское училище, не дает армия. И здесь, на мой взгляд, кроме этого преимущества вообще для военного, если на сегодняшний момент военный моряк закончил морскую академию военную, то он не может, он может пойти на гражданский флот только в ранге младшего вахтенного механика или вахтенного штурмана. К сожалению, даже будь он капитаном первого ранга, с большим опытом, к сожалению, существует Международная конвенция, и диплом, которые получают в военных училищах, он не соответствует Международной конвенции.

ЗЕЛИНСКАЯ: Секундочку, то есть вот те дипломы, которые получают выпускники военно-морских училищ, они не соответствуют тем требованиям, которые во всем мире предъявляют?

МИХЕЕВ: Да, да.

ЗЕЛИНСКАЯ: А почему?

МИХЕЕВ: Ну, существуют международные конвенционные требования, и после окончания нашей академии выдают два диплома: один диплом об окончании высшего и среднего учебного заведения, а второй диплом – рабочий.

ЗЕЛИНСКАЯ: У нас в гостях сегодня был Валерий Леонидович Михеев – начальник Морской академии имени Макарова. Всего доброго!

ЗЕЛИНСКАЯ: Здравствуйте, у нас в гостях Валерий Леонидович Михеев – начальник Академии имени Макарова. Здравствуйте, Валерий Леонидович еще раз!

МИХЕЕВ: Добрый день еще раз!

ЗЕЛИНСКАЯ: Мы с Вами очень подробно и интересно говорили о самой академии, о том, что привлекает молодых людей с тем, чтобы они пришли к вам учиться, но мне бы вот что хотелось бы у вас узнать: ну Вас-то что потянуло к морю? Вы потомственный моряк или Вы родились на море, или как? Вот что? Или книжки какие-нибудь в детстве читали приключенческие? Что Вас увлекло?

МИХЕЕВ: Ну, я думаю, тут можно сложить все: я родился в морском городе, в морской семье, отец у меня был…

ЗЕЛИНСКАЯ:…в морском городе…

МИХЕЕВ: …в Ленинграде. Отец у меня больше сорока лет отработал на гражданском флоте, морском флоте. Ну дальше уже я поступил по его стопам вначале в Арктическое училище, которое сейчас уже является такой забытой структурой как бы колледжа в Академии Макарова, сейчас на месте Арктического училища резиденция Президента – Константиновский…

ЗЕЛИНСКАЯ: …дворец, да. Но Вы тем не менее не дали этой теме, так сказать, исчезнуть из нашей жизни, и специалистов-полярников продолжаете готовить в своей академии, так?

МИХЕЕВ: Да, специалистов-полярников мы готовим. У нас есть, наверное, самый известный полярник, который у нас сейчас в России, — это наш выпускник, дважды Герой, — Чилингаров.

ЗЕЛИНСКАЯ: Он ваш выпускник?

МИХЕЕВ: Да, он наш выпускник.

ЗЕЛИНСКАЯ: Даа, знаменитый полярник, конечно.

МИХЕЕВ: Поэтому, наверное, для нас сейчас самый известный полярник у нас в России, не только в России, и за рубежом. И до сих пор у нас идут экспедиции, вот нынешний президент академии он вместе с Чилингаровым был в экспедиции полярной. Довольно-таки все очень интересно, и мы, наверное, те единственные, которые сейчас готовим кадры для ледокольного атомного флота, который находится у нас в Мурманске, называется «Атомфлот», возглавляет его тоже наш выпускник – Рукша. И мы готовим специалистов для ледокольного атомного флота уже более пятидесяти лет.

ЗЕЛИНСКАЯ: И этот, как Вы его назвали, ледокольный флот он у нас, так сказать, справляется с теми своими задачами, с которыми тому приходятся сталкиваться?

МИХЕЕВ: Ну как показал сегодняшний зимний период, какая была сильная ледовая обстановка, наш ледокольный флот не справился. Были очень большие очереди судов, но на сегодняшний момент уже видны определенные ошибки в том числе и при подготовке специалистов для ледокольного флота. Есть необходимость и в строительстве дополнительного ледокольного флота и есть необходимость подготовки и переподготовки специалистов для ледокольного флота.

ЗЕЛИНСКАЯ: Это связано с какими-то климатическими изменениями?

МИХЕЕВ: Я думаю, просто зима раз на раз… бывает зима теплая, бывает зима холодная, а в последнее время все говорили о глобальном потеплении, но тут, видимо, все возвратилось, теперь говорят уже о глобальном похолодании. Но, что касается Министерства транспорта и нашего Правительства Российской Федерации, сейчас рассматриваются вопросы – проход караванами через Северный морской путь. Раньше в советское время мы доставляли Северным морским путем грузы в далекие порты севера, это Певек, Дудинка, Игарка, а сейчас вопрос идет, чтобы доставлять грузы, допустим, либо из Европы, либо из Мурманска непосредственно уже в страны Китая, Японии Северным морским путем.

ЗЕЛИНСКАЯ: Это ж вообще же через голову! Этот как же?! Это, например, с этого края (из Петербурга) через Северный океан…

МИХЕЕВ: …да, да. И это считается путь гораздо меньший, чем идти югом.

ЗЕЛИНСКАЯ: Почему?

МИХЕЕВ: По (????) стоянию. И если удачная будет ледовая обстановка, то это будет большая экономия средств, а тем более там нет пиратов. Были одни, которых судили недавно в Архангельске, но это единичный случай и то не совсем понятный.

ЗЕЛИНСКАЯ: А что пираты — это что реально сейчас такая угроза флоту?

МИХЕЕВ: Да, пиратство – это сильная угроза, и, к сожалению, у нас, не только у нас как бы в России, но это у нас во всем мире не готова база, юридическая база по борьбе с пиратством.

ЗЕЛИНСКАЯ: Так кто ж мог ожидать? Казалось, эти пираты, флибустьеры – это XVIIIXIX век, да? Капитан Блад там, не знаю, романтика, плащ, шпага и вдруг…

МИХЕЕВ: …а сейчас вдруг они нашли себе способ добывания денег захватом судов, больших судов, огромнейших судов…

ЗЕЛИНСКАЯ: …это же ужасно!

МИХЕЕВ: Да, но беда в чем, что, если захватывают пираты, то по закону по большому счету его либо сопровождают в какую-то цивилизованную тюрьму, где он и рад, что его туда посадили, а потом он еще и получает гражданство этой страны, потому что раньше пиратов вешали на рее, были такие законы.

ЗЕЛИНСКАЯ: Ну очень романтично, конечно.

МИХЕЕВ: А сейчас эти законы уже, как бы про них уже забыли, и беда в том, что, даже если захватывают пиратское судно, не знают, что с ним делать. И проще его просто разоружить и отпустить в море.

ЗЕЛИНСКАЯ: А просто как грабители они не проходят?

МИХЕЕВ: Да, как грабители они не проходят, потому что это опять-таки несоответствие законов. Некоторые страны и рассматривают пиратов как просто военный грабеж, но это неправильное в рамках морского права трактование.

ЗЕЛИНСКАЯ: Ну, мне кажется, ограбили и ограбили, какая разница где, на суше или на море, нет?

МИХЕЕВ: Нет, разница есть.

ЗЕЛИНСКАЯ: Ну на море-то еще опасней!

МИХЕЕВ: В морском праве разница есть, и там существуют определенные тонкости, что даже военные корабли здесь не совсем приспособлены здесь для борьбы с пиратством согласно международному праву.

ЗЕЛИНСКАЯ: И как же сейчас это происходит? Вот…

МИХЕЕВ: Вот до сих пор сейчас вот дорабатываются законы, даются свои предложения, пишутся предложения – непосредственно дополнения в Конвенцию по борьбе с пиратством, но этот вопрос окончательно не решен во всем мире. Допустим, нельзя посадить на борт судна военных с оружием, потому что, если судно заходит в какой-то иностранный порт, на борту оружие запрещено, и они по большому счету должны, подходя к порту, оружие выбросить за борт.

ЗЕЛИНСКАЯ: Понятно, то есть по существу корабль беззащитен перед пиратами?

МИХЕЕВ: По существу получается так. Существуют просто какие-то методы, дополнительное обучение экипажа…

ЗЕЛИНСКАЯ: …а вы учите у себя в академии уже этому?

МИХЕЕВ: У нас, да, у нас есть подготовка…

ЗЕЛИНСКАЯ: …и тоже тренажер?

МИХЕЕВ: Есть тоже тренажер…

ЗЕЛИНСКАЯ: …и тренировочный рейд для пиратов тоже, да? Вы делите своих курсантов на две группы: одни – моряки, а другие – пираты. И они, значит, тренируются, как друг от друга защищаться?

МИХЕЕВ: Но, к сожалению, эта проблема на самом деле существует.

ЗЕЛИНСКАЯ: Да, действительно, как-то это неожиданно она возникла. Но это вообще, конечно, банальное суждение, но мир меняется быстрее и неожиданней, чем ожидаешь. То мы ждали потепления, значит, вместо потепления у нас пираты. Загадка. Но вернемся к тому, с чего начали, Вы начали рассказывать о том, что Вы еще, значит, будучи молодым человеком, выбрали все-таки судьбу моряка, потому что и родились в морской семье, и, наверное, какая-то была и тяга, и любили морские книжки читать, так, да? И стали полярником?

МИХЕЕВ: Нет.

ЗЕЛИНСКАЯ: Нет? А что ж произошло дальше?

МИХЕЕВ: Я закончил электромеханический факультет Арктического училища – первое мое морское образование. Электромеханик он как работает и в машинном отделении, так и на верхнем мостике, и на мачте, — всегда для электромеханика есть работа. То ли менять какой-то огонь ходовой…

ЗЕЛИНСКАЯ: …лампочки вкручивать.

МИХЕЕВ: Лампочки вкручивать, да, либо что-то чинить в двигателе внизу, в машинном отделении. Потому вот выбрал такую специальность, чтобы…

ЗЕЛИНСКАЯ: …всегда быть при деле.

МИХЕЕВ: …всегда быть при деле. Эта специальность одно время ее упразднили во многих странах, а теперь снова вводят.

ЗЕЛИНСКАЯ: Ну как же без мастера на все руки?

МИХЕЕВ: Теперь это одна из самых востребованных специальностей.

ЗЕЛИНСКАЯ: Угу, вот, и Вы стали, значит, таким самым нужным человеком на корабле, да?

МИХЕЕВ: Да, потом закончил ленинградское ЛВИМУ (Ленинградское высшее инженерно-морское училище) – одно время оно так называлось – заочно тот же электромеханический факультет, а потом уже закончил Банковский институт…

ЗЕЛИНСКАЯ: Сколько у Вас образований?!

МИХЕЕВ: Да, юридическое образование, потом…

ЗЕЛИНСКАЯ: Сколько, сколько всего? Пять-шесть, наверное, да?

МИХЕЕВ: Да, образований достаточно. Судьба сложилась так, что мне отчасти повезло, я работал и на морском флоте, работал на танкерах, работал на нефтяных платформах во Вьетнаме, потом работал, руководил крупным железнодорожным предприятием.

ЗЕЛИНСКАЯ: А во Вьетнаме-то что делали наши танкеры?

МИХЕЕВ: А во Вьетнаме там до сих пор одно из самых эффективных совместных предприятий, российско-вьетнамское предприятие «Вьетсовпетро» называется. Там вот как раз предметом были первые миллионы тонн нефти, то есть мы начинали там с самого начала, и где-то в 90-м году я вернулся из Вьетнама.

ЗЕЛИНСКАЯ: И…

МИХЕЕВ: …и приехал в перестройку. Первую перестройку я застал во Вьетнаме, там страна перестраивалась из социалистической и сейчас практически стала капиталистической по своим определенным…

ЗЕЛИНСКАЯ: За что, спрашивается, боролись.

МИХЕЕВ: Да, и попал в очередную перестройку уже в России и мне уже легче было переживать.

ЗЕЛИНСКАЯ: С каким-то опытом.

МИХЕЕВ: Да, с опытом определенным.

ЗЕЛИНСКАЯ: И вот в это переходное время востребованность в моряках не пропала?

МИХЕЕВ: В само переходное время, наверное, уже стала пропадать, потому что флот стал уменьшаться, флот как-то исчез буквально за короткий период времени. Если флот создается годами и десятилетиями, а капитан где-то обучается, чтобы вырасти до капитана, это нужно где-то от десяти до пятнадцати лет, то у нас, к сожалению, Балтийское пароходство перестало существовать буквально года, наверное, за три. Но надеемся, что все-таки флот будет создан, но у нас тогда это произошло не только во флоте…

ЗЕЛИНСКАЯ: …мы сейчас, мы говорим о торговом флоте?

МИХЕЕВ: Мы говорим о торговом, но с военным флотом, наверное, произошло то же самое. Когда вот я, допустим, работал во Вьетнаме, там была крупная российская военно-морская база в Камрани, сейчас ее там тоже нету, нет таких баз и в других странах…

ЗЕЛИНСКАЯ: …но в Кронштадте-то есть?

МИХЕЕВ: Но, к сожалению, то, что было раньше, Кронштадт, была база в Кронштадте и сейчас, я думаю, что это просто жалкое подобие.

ЗЕЛИНСКАЯ: У нас в гостях сегодня был Валерий Леонидович Михеев – начальник Морской академии имени Макарова. Всего доброго!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

banner