А избы горят и горят…

Госдумой принят закон, устанавливающий запрет на использование нецензурной брани в СМИ, при показе фильмов, при публичном исполнении произведений литературы, искусства и народного творчества.

Чтобы покончить с лесными пожарами под угрозой административного наказания запрещается выращивать на приусадебных участках зеленый лук.
Вы удивлены? А пора привыкнуть. Именно так принимаются последнее время большинство законов.
Берётся проблема. Хоть с потолка, хоть из реальной жизни – разница невелика: и там, и там их предостаточно. Например, пожары в лесах Московской области. С нечеловеческой скоростью стряпается закон. С целью борьбы с возгораниями запрещается упоминать в СМИ словосочетание «Московская область» и все от него производные.
Старушки, торгующие укропом, на всякий случай переходят на нелегальное положение, а именно: цену за пучок произносят таинственным шёпотом. Журналисты, работающие в области, расположенной недалеко от Москвы, придумывают способы, как в понятной для читателя форме рассказать о своём местоположении.
Потрясённая общественность верещит: какое отношение все эти меры имеют к лесным пожарам?
Казалось бы, закономерный вопрос. Но что мы слышим в ответ? Ах, вы против борьбы с пожарами? Грязные лжецы, замаравшие руки деньгами Госдепа! Вы желаете, чтобы вся Московская область покрылась головешками! Вам не дорог наш национальный пейзаж! Белая берёза! – рыдания. – Лапти из лыка! По-вашему, пусть всё, что близко нашему сердцу, горит синим огнём? И откуда, кстати, такое пристрастие к зелёному луку? Откуда вообще попал в здоровый рацион нашего человека этот дурнопахнуший во всех смыслах этого слова продукт!
Спор окончен. Это даже не разные языки, это головы на разных местах. Хор невежд, который включается, как радио, в поддержку любого шевеления власти, переубедить невозможно.
Дума принимает, а президент утверждает закон, запрещающий употреблять в СМИ нецензурную брань. Хотелось бы знать, какие именно слова попадают под эту формулировку, и как составлялся перечень: голосовали за каждое слово в отдельности или списком?
Федеральный канал показал пресс-конференцию, на который министр образования в выражениях, исключающих двусмысленное толкование, поясняет своему заместителю, куда тот должен смотреть, когда голосует. Кого в данном случае должен наказать новый закон: канал, который продемонстрировал аудитории, какой лексикой пользуются члены правительства, министра нашего самого лучшего образования или заместителя, который до сих пор не сообразил, как правильно голосовать?
Вот сейчас на меня накинутся: ах, вы желаете, чтобы на наших детей денно и нощно лились из телевизора потоки мата!
Нет, я не сторонник нецензурной лексики. Сама не употребляю, при себе никому не позволяю и даже со своей странички в ФБ удаляю за грубость. И хотя я не вижу сквернословия на страницах газет и на экранах, однако принципиально согласна, что и впредь не надо.
Однако «антиматный» закон, полуграмотный и далёкий от реальности, ничего, кроме желания его от души нарушить, не вызывает.
Проблемы, коренящиеся в глубине социальных катаклизмов последней сотни лет, невозможно решить кавалерийской атакой. Врачевать медленно, терпеливо, шаг за шагом. Просвещением, а не запретами. Бессмысленно одной рукой бороться с дурной лексикой, а другой сокращать литературу в школе. Впрочем, достаточно. Достаточно я наговорила, чтобы меня заклеймили, как матершинника и любителя зелёного лука?

АиФ, 08.04.2013

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

banner